Аэропорт имени Бен-Гуриона был просторен и прохладен. Георг и Елена с удовольствием вертели головами, оглядывая мраморные коридоры, фрагменты каких-то древних фресок на стенах, чудесный фонтан в соседнем зале. На паспортном контроле смуглая черноволосая девушка подробно расспросила, зачем они приехали в Израиль, но ответы Георга на английском слушала в пол-уха. К ней в кабинку заглянула кудрявая, чуть полноватая женщина, с которой та, одновременно с опросом на английском языке, умудрялась беседовать на иврите. Проквуст делал над собой усилие, чтобы не выдать, что понимает их. Ему было немножко смешно слышать, как паспортистки с важным видом банально мыли косточки некоей Лилах.
— Георг, мне страшно. — Шепнула Елена мужу.
— Почему?!, — Проквуст даже остановился от неожиданности.
— Тут же неспокойно, теракты чуть ли не каждый день.
— Посмотри вокруг, Леночка, ты видишь здесь людей со страхом на лицах?
— Нет.
— Значит, и нам нечего бояться!
На выходе их ждал худой долговязый молодой человек, держащий в руках табличку с лаконичной надписью по-русски: «Перцин». Он приветливо улыбнулся и представился: Алексей.
Из прохлады аэропорта Алексей вывел их на улицу, под бьющую наотмашь жару, но тут же спрятал их в прохладу новенького микроавтобуса.
— Куда мы едем, Георг?
— В ваучере написано: город Натания, отель «Парк».
— А где это?
— Тише, Леночка!, — Зашептал Проквуст. — Ты можешь себе представить туристов, которые не имеют понятия, куда они едут?! Я попробую что-нибудь разузнать.
— Алексей!, — Громко спросил он. — А вы давно в Израиле?
— Четырнадцать лет.
— Неужели?! А по-русски разговариваете очень хорошо!
— А у нас в семье разговаривают по-русски.
— А местный язык?
— Иврит? Да, я на нем разговариваю свободно, также как на русском.
— И как вам здесь?
— Хорошо, я ведь фактически вырос в Израиле.
— А где вы живете?, — Спросила Елена.
— В Герцлие. Это небольшой городок, недалеко от Натании. У нас здесь все неподалеку, Израиль страна маленькая.
— А Натания большой город?
— О, да! По нашим меркам не маленький. А что вы хотите, курортный город.
Елена радостно сжала руку Георга и шепнула ему в ухо.
— Ой, как здорово, курорт!
— А вода сейчас теплая?
— Как молоко. — Усмехнулся водитель. — Не считая туристов, полгорода на пляже! Вы ведь первый раз к нам приехали?
— Конечно.
— Русские к нам на отдых пока редко приезжают, а зря, у нас здорово. Смотрите, мы въезжаем в город Кфар-Саба, я специально заехал, чтобы вы смогли сравнить потом, что такое обычный израильский город и город курортный.
Машина двигалась по нешироким улицам., которые, казались еще уже из-за нависающей со всех сторон зелени деревьев и цветов, дивным ковром устилающих по бокам любой свободный от асфальта клочок земли. Дома в основном были в один-два этажа, аккуратные, ухоженные.
— Алексей, как красиво! А я думала, что у вас здесь пустыня, жара, лишения.
— Ну, этого добра тоже хватает, но если ехать в Иерусалим… Вы поедете в Иерусалим?
— Обязательно, у нас запланирована экскурсия.
— А когда?
— Мы еще не знаем…
Проквуст толкнул Елену в бок.
— В смысле, не помним.
— Хорошо, если попадете в Иерусалим в субботу.
— Почему?
— Суббота для евреев день священный, все идут молиться, это так красиво.
— Спасибо, Алексей, мы это учтем.
За окном, между растущими на обочине пальмами, опять замелькали каменистые холмы, квадраты полей с сочной зеленью, далекие стройки, корпуса заводов. Натания встретила их беспрерывной цепочкой светофоров, многоэтажными каменными зданиями, кажущимися заброшенными из-за опущенных жалюзи на окнах. Внизу щедрой зазывной полосой стекла витрин мелькали магазинчики. Проквуст заметил, что некоторые из домов выглядят плохо: штукатурка откололась, стены в трещинах и темных пятнах, окна пыльные, кое-где выбитые.
— Алексей, а что с этими домами, они не выглядят ветхими, но явно заброшены?