— Так и есть. У хозяев нет денег, некоторые дома выставлены на продажу, некоторые заложены в банках. Это ведь в основном старые отели. Я, например, знаю несколько историй, когда старые хозяева таких отелей умирают, а наследники бездумно проматывают деньги.
— А я думала, что евреи очень рассудительные и экономные.
— В основном, да, но иногда деньги кружат голову. У меня тоже есть дальний родственник, который владеет гостиницей и у него нет детей.
— Так вы можете разбогатеть?
— Вряд ли, таких как я у дяди Элазара полдюжины племянников, и каждый мечтает, чтобы он поскорее преставился.
— Алексей, а вы?, — Слегка волнуясь, спросила Елена.
— Я нет! Я хочу всего сам добиться. Надеюсь открыть транспортную компанию. У меня уже есть постоянные клиенты… — Водитель оглянулся. — Как вы считаете, у меня может получиться?, — Голос у него был неуверенный, почти жалостливый.
— Конечно, Алексей, у вас все получится!, — Хором продекламировали Елена и Георг.
Гостиница стояла на берегу Средиземного моря таким образом, что все ее балконы смотрели в морскую даль. Номер был не шикарен, в меру уютен. Елена полюбовалась открывшимся видом, счастливо вздохнула и побежала рассматривать содержимое своей сумки. Проквуст улыбаясь, слушал ее восторженные периодические восклицания. Когда он заглянул с балкона в номер, то с изумлением увидел раскиданные на постели, стульях, журнальном столике платья сарафаны, купальники и бегающую между ними полуодетую жену. Разве такое могло выдержать мужское сердце?! Он перехватил стремительную Елену в объятия и поднял ее на руки.
— Отпусти. — Неуверенно попросила девушка.
— Ни за что!
Через пару часов любви и сна они вышли на улицу. Елена с любопытством вертела головой, прислушиваясь к странному произношению. Очень часто доносилась русская речь.
— Действительно, здесь на треть наш народ, прав был Высоцкий.
— А кто это?
— Ты ничего не знаешь о Володе Высоцком?!
— Никогда не слышал. — Виновато развел руками Георг.
— Ну, теперь я безоговорочно тебе верю, что ты пришелец!, — Засмеялась Елена.
— Может я и пришелец, но все равно жутко голоден.
Они вышли на большую площадь с фонтаном, окруженную разнокалиберными столиками под навесами.
— Где приземлимся?
— Георг, давай найдем русский ресторан.
— Русский, здесь?!
— А как же! Он обязательно должен быть, ведь здесь столько евреев из Советского Союза.
Они прошлись вдоль улицы и набрели на меню на русском языке.
— Ну, вот, что я тебе говорила!, — заявила Елена, решительно усаживаясь за свободный столик.
К ним подошла черноволосая, слегка смуглая женщина в черных джинсах и фартуке на прозрачной блузке, грассируя, поздоровалась и положила меню.
Проквуст любовался на свою жену, такую веселую, счастливую и гнал от себя мысли об их неопределенном будущем. Неважно, что его ждет, от этой женщины добровольно он не уйдет! Конечно, ненадолго ее покинуть придется, но он обязательно вернется, даже если на пути встанут все Советы цивилизаций, все Темные Империи и другие злодеи! Между тем Елена заявила, что забыла заказать мороженное и устремилась внутрь ресторана. Ее не было долго. Проквуст не волновался, он видел жену в полумраке зала, она что-то внимательно рассматривала на стене. Елена появилась вместе с первыми закусками.
— Ты знаешь, Георг, — восторженно рассказывала она, попутно с аппетитом уплетая растертые с оливковым маслом бобы, — там на стене столько фотографий с автографами! Там и Алла Пугачева, и Киркоров, и Винокур, и Розенбаум, и еще целая куча знаменитостей! Правда, здорово?!
— Прости, Леночка, но я мало знаком с эстрадой, мне больше нравиться классическая музыка.
— Ах, ты зануда! Скажи еще, что ты не будешь ходить со мной на дискотеки?!
— Ну, что ты, конечно, буду, только я танцевать не умею.
— О, пустяки, какие, я тебя научу!
Еда была вкусной, настроение великолепное, ветерок сдувал с них зной, опускающийся от тента над головами. Им было так хорошо! Впечатление слегка подпортили пара плохо одетых стариков, один за другим юркнувшие к их столику и протянув руки, просящие подаяние. Бабушка просила «денежку», а дедушка что-то говорил на иврите. Они дали им по пять шекелей и те счастливые удалились.
— Георг, а что старик говорил?
— Он сказал, что дети ему не помогают и ему не чем платить за жилье.
— Ты что, действительно понимаешь иврит?!
— Да, Леночка, я могу изъясняться на всех основных наречиях Земли.