У него засосало под ложечкой, судя по всему, началось. Надо было во что бы то ни стало увести не прошенных гостей от спящей Елены.
— Господи, не оставь меня!
Проквуст оглянулся. Легким усилием воли темнота перестала быть непроницаемой. За каменным туалетом вверх вела узенькая тропинка. Он, не раздумывая, двинулся по ней быстрым шагом. Через пару сотен метров он вышел на плоскую каменистую вершину горы. Низкорослые деревья остались позади. Отсюда дорога была видна еще дальше, и теперь не оставалось сомнений, на ней что-то случилось. Внезапно у самого горизонта вереница красных огоньков стала гаснуть, а потом, через короткое время, снова зажигаться. Затемнение стремительно неслось по цепочке красных огней, словно по елочной гирлянде, и оно двигалось в его сторону! Далеко уйти он уже не успеет. Проквуст сцепил ладони около солнечного сплетения и закрыл глаза. Надо искать… Он ощутил себя большим, больше горы, на которой стоял, занимающим огромное пространство и чувствующим все, что внутри него происходило. Вот лес, вот камни, вот дорога, натертая горячими шинами, вот километры воздуха, опирающиеся на землю, облака, скользящие по воздушным трассам… Вдали с мягким шорохом медленно двигался большой авиалайнер, чуть дальше, навстречу, также медленно двигался другой. Нет, это все не то… Проквуст перелистывал подвластное ему пространство тонкими слоями, и оно менялось. Исчезли самолеты, машины внизу стали призрачными, полупрозрачными, и люди в них застыли странными мерцающими фигурками, лишь, облака, горы и леса оставались неизменными, они были шире того, что производили люди… Ага, вот они! Над серой полоской дороги двигалась точка арианского корабля.
— Вот они как перемещаются!, — Озарило Проквуста.
Оказывается, любое пространственное измерение не является однородным, оно слоится, плавно переходя одно в другое! Выбирай нужное, и сможешь быть неуязвимым и осведомленным одновременно! В этих пространственных чешуйках можно прятаться от кого угодно, кроме космитов, потому что они сами в них прячутся. Арианцы легко отыщут его. Что же делать? Для начала надо их остановить. Проквуст протянул свою гигантскую руку и поставил на пути корабля Темной империи. Он физически ощутил твердость материи их корабля и одновременное недоумение его экипажа. Этот удивительный коктейль ощущений вмялся в его энергетическую плоть, забарахтался, как муха в паутине, подвис на мгновение, но тут же взорвался гигантским фейерверком, спрятанной доселе мощи. Георг отдернул руку и потряс ею, стряхивая ожег. Ах, вы так! Он вновь собрался с силами, глубоко вздохнул, так глубоко, что задрожали звезды, и выплеснул из себя тугую волну, ударил ею наотмашь по сгустку зелено-голубого свечения, испускаемого арианским кораблем, и тот, вдруг легко, словно мячик, отскочил за горизонт.
Проквуст открыл глаза, устало вдохнул прохладу ночного воздуха и посмотрел на свои руки. Они дрожали мелкой дрожью.
— Так, сейчас сюда слетится целая свора арианских кораблей, и со всеми мне уж точно не справиться!
Проквуст побежал по тропинке. Она нырнула под гору, провела его мелким ущельем, опять запетляла вверх, потом снова вниз… Он бежал, мысленно наматывая маршрут в свою память, и он послушно ложился в уготовленное ему место. Лишь бы Елена не проснулась… Спина почувствовала догоняющую его волну энергии. Георг остановился, закрыл глаза и раскинул руки. Вот они! На него двигалась громадная сигара арианского крейсера. Вокруг нее рассерженно роились десятки кораблей и корабликов. С такой армадой ему даже тягаться не стоит, но все равно, надо себя показать… Проквуст начал расти, точно так же, как во время беседы с Чаром. Его огромное тело ширилось, неслось ввысь, вот уже облака легкой щекоткой скользят по шее. Крейсер арианцев выглядел сейчас утлой скорлупкой в океане земной атмосферы, а остальные корабли — мошками, вьющимися рядом. Он теперь не Георг с планеты Ирия, а Гора, шагающий по вселенной от солнца к солнцу, что они могут сделать ему, огромному, могучему?! Он плавно махнул рукой, и поднятая ею волна энергии понеслась навстречу назойливым арианцам. Она подхватила мошкару и унесла прочь, но крейсер лишь вздрогнул, упрямо двигаясь к нему навстречу. Вокруг него ало вспыхнул протуберанец, ослепительно и мощно поглощая окружающее пространство. В этом зареве, словно в вате тонули удары Георга, силы его таяли. Он понял, что пора сматывать удочки, но куда?! Бегать по пространственным лабиринтам бесполезно, арианцы от него не отстанут, будут гнать и гнать, пока он в конец обессиленный не завязнет в их сетях. Проквуст развел руки и ощутил под ладонями плотность пространства. Этот мир сотворен господом, и в нем не спрятаться, надо нащупать границу, слиться с ней! Он же делал уже нечто подобное! Георг стал пятиться назад, протискиваясь сквозь потоки живых энергий, туда. Где тихо, где пустота бьется о грани вторичного мира. Сзади повеяло бесконечным холодом, вот он, край вселенной! Он есть в любой ее точке, надо лишь уметь добраться до нее. Проквуст застыл на этой тонкой границе, слился с ней, растекся по ее необъятности. Каким-то сторонним взглядом, через призму пространств он видел крейсер арианцев, упрямо шедший за ним. Словно охотничий пес он шел по его следам, тяжело, с остановками, но все равно приближался. Скоро он может столкнуть его вниз, в пустоту! Надо его остановить! Внезапно острая боль перехватила дыхание, она шла откуда-то слева. Георг скосил глаза. Его аура пылала золотым светом и спрятать его не было никакой возможности, а слева в ней чернело злосчастное пятно. Боль шла оттуда. Она ширилась, нестерпимо обжигая тело, царапая острыми холодными краями нежные струи огня. Крейсер приблизился еще, скоро арианцы настигнут его! Проквуст попятился назад, всего чуть-чуть, самую малость. Корабль арианцев тут же замерцал вдали, но холод со спины стал невыносимым. Пятно словно вбирала в себя этот холод, чернело, хотя и без того было черным и, кажется, стало расти. Надо срочно что-то предпринять, крейсер арианцев опять приблизился, они тоже шли до конца! Убрать их, шепнуло ему из тьмы. Нет!!!, — Хотел крикнуть Георг, но в это время помимо его воли из пятна вырвалось черное, как смоль, облако и рванулось в сторону корабля преследователей. Мгновение, и корабля не стало, он растворился в черноте, развеялся тускнеющими искорками вместе с бледнеющими ошметками черноты. Проквуст рванулся вперед, прочь от этой бездны. Но холод железной хваткой ухватил его, врос в него леденящими когтями.