Закончив рассказ, он поднял глаза на Пилевича. Тот задумчиво вертел в руках вилку.
— Странные вещи вы рассказываете, Георг. Вы фантастику не писали?
— Ну, что ж, — Проквуст резко встал, — благодарю за гостеприимство, нам с Еленой пора.
— Сядьте, Георг!, — Вдруг неожиданно резко приказал Пилевич, а потом посмотрел на Елену. — Извините, Леночка, за грубость, но я и вас попрошу опять присесть. Очень хорошо, спасибо.
Пилевич встал, и стал ходить по комнате, бубня себе что-то под нос. Наконец, он остановился за спинкой своего стула и обвел строгим взглядом своих гостей.
— Обиделись они! А вы как считаете, легко поверить в то, что только что здесь прозвучало?! Кто бы нас со стороны послушал! Я бы предпочел вам не поверить, но вопреки всему почему-то хочу верить! Георг, вы позволите мне сделать один эксперимент?
— Да, пожалуйста. — Пожал тот плечами.
Пилевич вынул из внутреннего кармана пиджака белую свечку, с голубой каемочкой внизу. Фитилек у нее был черный, видимо его уже зажигали. Станислав Львович поджег свечу, и она загорелась ровным пламенем. Он кинул спички на стол и вытянув свечу перед собой, стал медленными шагами двигаться в сторону Проквуста. Метра за полтора до него свеча вдруг стала коптить. Пилевич еще пошел еще медленнее. С каждым новым сантиметром, сокращающим расстояние до Георга, свеча коптила все интенсивнее, от нее посыпались искорки и легкий треск. Когда до плеча Проквуста осталось чуть меньше полуметра, свеча вдруг вспыхнула, словно из последних сил, и погасла. Пилевич растерянно смотрел на нее, потом вытер пот со лба и вернулся на свое место за столом.
— Георг, я вам верю!, — Пилевич налил себе в бокал вина и залпом выпил. — Не думал, что космос столь близко к нам.
Георг и Елена растерянно переглянулись.
— Задаете себе вопрос, что я тут такого вытворял? Вот эта свечка, — он поднял со стола закопченный огарок, — была освящена в Храме Господнем, я еще не слушал о случаях, чтобы она гасла под воздействием человека!
— Станислав Львович, вы освящали свечу, зажигая ее от пасхального огня?
— Да, Леночка.
— Но ведь это же православная пасха!
— Не вижу повода для удивления. Католики и православные верят в Спасителя, между ними есть некоторые теологические и обрядовые расхождения, с календарем они не сходятся, ну, и что?! Они же не отрицают друг друга!, — Пилевич бережно положил остатки свечи на стол. — Скажите, Георг, а что будет, если ваше пятно попадет в руки ваших преследователей?
— Через него в наш мир пролезет разрушение. Сатана не может созидать в мире, сотворенным господом.
— То есть, начнется конец света?
— В локальном участке данной вселенной почти наверняка.
— Вот это, да! А я то думал, что ничего горестнее моей болезни не существует!, — Станислав Львович опять налил вина, приподнял бокал, потом поставил его и, достав, глотнул свою золоченую пилюлю. — Георг, а раньше вы бывали в христианских храмах?!
— А как же, я ведь крещен!
— Перекреститесь.
Проквуст привычно осенил себя крестом.
— Хм, что-то тут не то. Георг, а вы мне все рассказали? Особенно из последних событий.
Георг вопросительно посмотрел на супругу, та кивнула.
— Рассказывай, дорогой.
И Проквуст рассказал о событиях в Натании, о происшествии на пляже, об их бегстве из города, о его ночном сражении в горах с арианцами.
— Так вот кто перепугал весь курорт!, — Пилевич усмехнулся. — А я то уже заплатил за сбор подробностей. Впрочем, будет интересно сравнить… Георг, получается, подставил вас сатана перед Господом!
— Да, я тоже об этом уже думал.
— Думал, а делать-то что будем?!
— Станислав Львович, мы с Георгом должны молиться. Если не внутри, так рядом с Храмом!
— Это правильно, только я очень хочу помочь… — Пилевич задумался.
— Скажите, Станислав Львович, — спросила вдруг неожиданно для самой себя Елена, — а как для вас прошло это шествие?
Здорово прошло!, — Пилевич улыбнулся и многозначительно приподнял левую руку. — У меня украли часы!
— Впервые вижу человека, который радуется столь дорогой пропаже!
— Да, Леночка, вы правы, я очень рад, и еще я уверен, что наша с вами встреча не случайна!, — Пилевич посмотрел на настенные часы. — Начало седьмого. Что ж самое время. — Он отодвинул стул и встал. — Знаете что, друзья мои, чем вам помочь, я пока не знаю, но кое-какая идея у меня есть. Я предлагаю немедленно отправиться в Храм Гроба Господня!
— Зачем?
— Затем, Георг, что завтра я улетаю, а сегодня я могу еще быть вам полезен. Вставайте! Десерт и кофе может подождать нас до вечера, а спасать мир надо не мешкая.