— Ты знаешь о том, что он стал королем?
— Барри рассказал.
— Глетчер?! Ты виделся с ним!
— Да. — В голосе Проквуста промелькнула глубокая грусть, которую Адамс тут же уловил.
— Он жив?
— Нет, Бенни, он умер, вернее, ушел из нашего мира. Я расскажу тебе.
Адамс кивнул и вновь вернулся к своему рассказу. Он поведал, как Церковь Рока набирала силу и влияние, иногда вопреки желаниям потомков Лезурье. Через сто лет последствия великого хаоса были преодолены. Экономика стала развиваться, наладилась система здравоохранения, структура среднего и высшего образования. Глядя на это, Адамс наконец-то смог вздохнуть с облегчением. Вот тогда-то у него и возникла идея всеобщей молитвы.
— Мы эту идею долго обсуждали на совете Церкви, не все были уверены в ее необходимости, но решение приняли, и мы приступили к подготовке.
— Подожди, Бенни, что-то я не понимаю, о чем ты ведешь речь.
— Да, о тебе, Георг, о тебе.
— Обо мне?!
— Да. Сейчас все поймешь. Мы сформировали легенду о святом Проквусте. Ты, друг мой, первый святой Церкви Рока!
— Я?!… — Георг поперхнулся от неожиданности. — К чему это?
— Не знаю, может и не к чему, но ты ведь сидишь передо мной!
— Прости Бенни, но не вижу связи.
— Да как же ты увидишь, если все время перебиваешь! Как ты был…
— Мальчишкой, — весело подхватил Проквуст и закончил фразу вместо Адамса, — так им и остался! Вы что, С Барри сговорились, что ли?
— Выходит, он тебе тот же комплемент отвесил?, — засмеялся Бенни.
— Ага.
Они весело рассмеялись, но тут же смолкли, вспомнив те необыкновенные обстоятельства, что свели их вместе.
— Хорошо, я готов оставаться святым, если вам это кажется необходимым.
— Спасибо. А теперь я хочу задать тебе вопрос, как ты себя осознал?
— Трудно сказать, сейчас, словно в тумане все вспоминается. Помню, все было неожиданно, словно я из небытия вынырнул. Я долгое время вообще не понимал кто я, откуда.
— А ты можешь что-нибудь вспомнить о том месте, где ты был?
— Ничего кроме отсутствия пространства, багряной тьмы, которая горела, но не жгла, и жуткого голоса, ненавидящего Бога. Я при нем поминал пару раз имя господа, так он очень злился и выгнал, как я понимаю, за это.
— Георг, ты догадываешься, где ты был.
— Да, но называть это место не хочу.
— Я тоже. — Адамс помолчал, потом проговорил, еле слышно — надеюсь, молитва помогла.
— Так о чем вы молились, Бенни?!
— О тебе. Две недели вся Ирия молилась о тебе, о твоем здравии, и в благодарность о твоем подвиге.
— Выходит, это вы меня у Сатаны из лап вытащили?!
— Ничего утверждать точно нельзя, это невозможно доказать.
— А я уверен в этом! И очень благодарен. — Проквуст в порыве чувств горячо обнял друга, потом отстранился и взглянул ему в глаза. — Георг, но ты что-то не договариваешь. По твоему рассказу выходит, что на Ирии все великолепно, а глаза у тебя грустные и озабоченные. Что-то случилось?
— Да, вроде бы нет. Планета живет, развивается, многие люди по-настоящему счастливы, но у меня в душе глубокая тоска от допущенной в чем-то ошибки. Я не могу от этого избавиться, а рассказать некому, не поймут. Кроме того, я ведь больше трех тысяч лет живу, старею, Георг, а приемника нет. Дар стал редок…
— Подожди, Бенни!, — Перебил его изумленный Проквуст. — Сколько ты сказал, прошло лет?!
— Больше трех тысяч.
— Но для меня прошло всего несколько месяцев!
— Вот это, да, ну-ка, садись, рассказывай.
Георг рассказал о своих приключениях, неведении первого времени, о сделанных открытиях, о приобретенных друзьях. Адамс очень подробно выспрашивал его о хоравах. Его очень заинтересовала эта цивилизация. Ее тупик развития, который они почитали великим достижением, будил в нем массу новых мыслей, которые требовали спокойного осмысления.
— Знаешь, Георг, я поражен. Твой рассказ похож на сказку, но ты передо мной и я верю каждому твоему слову.
— У меня, Бенни, такое же ощущение. Иногда, кажется, вот проснусь сейчас где-нибудь на берегу озера, возле домика Белоуса, но сон все длится и длится. Вот мой солнечный Друг послал меня в новые скитания по космосу, толком ничего не объяснив, ни куда, ни зачем.
— Видимо, ты должен что-то искать, нужное им, или всем.
— Но что это может быть, Бенни?!
— Я думаю, только истина, Георг. Какое-то новое знание.
— Очень сомневаюсь, Бенни, что они что-то не знают. — Пробурчал Проквуст.
— Значит, не знают!, — Строго ответил Адамс. — Ищи. Кстати, Георг, я, кажется, понял, куда делись три тысячи лет!