— А о боге?
— Мало. Знаю, что он есть, знаю, что служу ему, но рока своего ясно не вижу. Раньше думал, что мой рок, спасти хоравов, но теперь сомневаюсь.
— Почему?
— Не могу объяснить, Чар. В этой своей новой жизни я часто прислушиваюсь к тому, что внутри меня, но оно не поддается объяснению. Я просто доверяю, и все. Наверное, это интуиция.
— Понятно. Но я все-таки попрошу тебя рассказать мне о своем мировоззрении, без этого, я не могу определить степень доступности.
— Доступности к чему, Чар?
— Видишь ли, Георг, твое задание еще неопределенно. Неопределенно по глубине и сложности. Оно опасно, и степень его опасности будет расти вместе со степенью доступности. Теперь тебе понятно?
— Да, Чар, вполне.
— Тогда начинай рассказывать.
— Что?
— Как что? Историю своей жизни, меру своих познаний и суждений. Мне все будет интересно.
— А ты не устал, дракон? Ведь сегодня был трудный день.
— Я не устаю, человек, и насколько я понимаю, твой искусственный организм тоже не подвержен усталости?
— Ошибаешься, Чар. Я сейчас устал и хочу спать. Мне вовсе не хочется сейчас вещать тебе о себе в течение нескольких часов. Я просто не готов к этому.
— Хм. То есть ты хочешь сказать, что тебе надо отдохнуть?
— Совершенно верно.
— Жаль. Я не люблю терять время.
— А я тебе помогу, дракон.
— Каким же образом, Гора?
— Ты еще не передавал хоравам приложения к договору?
— Нет. Они получат их завтра. А сегодня с ними уже работают, проводят ревизию их технологии, монтируют на их кораблях кое-какую дополнительную технику.
— Ясно. В таком случае, попроси у них экземпляр моей книги. В ней написано все, что, ты хочешь знать.
— О! Отличная идея!, — Дракон растянул рот в зубастой улыбке. — В таком случае, встречаемся с тобой завтра. Пройди в соседнюю комнату. — В противоположной стене появился дверной проем. — Там тебе будет удобно.
Георг кивнул и направился к двери, но на полпути повернулся.
— Извини, Чар, но ты не ответил мне на один вопрос.
— Почему я не считаю Недину твоим настоящим домом?
— Да. — Удивленно подтвердил Проквуст.
— И что, тебе обязательно нужен мой ответ?
— Да.
— Нет, ты все-таки человек, как не прячься за иными личинами, все то тебе нужно до конца выяснить. Хорошо, я тебе отвечу. Мне хоравы кажутся детьми, несмотря на всю древность их цивилизации, а дети чересчур эгоистичны, даже в любви. Тебя мой ответ устроил?
— Вполне. До завтра, Чар, великий дракон.
Хоравы.
Земля.
— Командор!, — Греон Хал скупым жестом указал на стоящее на небольшом возвышении кресло. — Вот ваше место.
Пол Коринни невольно приосанился и сдержанно кивнул.
— Капитан, почему вы согласились на эту экспедицию, ведь для вас это фактически понижение?
Задавая вопрос, Пол медленно опускался в заветное кресло начальника экспедиции. Только командор мог сидеть в нем. Кресло присутствовало в рубке любого большого корабля, но уже многие годы пустовало. Хоравы сотни тысяч лет не летали за пределы своей солнечной системы, а потому звание командора, назначаемого Советом планеты, стало почти забытым. Как же это здорово, что именно он возобновил эту древнюю традицию! От этих мыслей душа наполнялась приятным томлением.
Впрочем, Коринни прекрасно отдавал себе отчет, что назначение его шефом важнейшей в древней истории Недины экспедиции произошло не из-за присущих ему талантов. «Вернее, не столько из-за них!», — Поправил он мысленно сам себя. Хлопоты дяди, конечно, сыграли свою роль, но не явились главной причиной. Пол много размышлял над ситуацией и понял, что ему помогли не столько усилия его всесильного дяди, сколько происки его врагов. Теперь они стали и его врагами! Внутри Коринни повеяло жутким, но сладким холодом, он и боялся, и одновременно рвался в бой. Пусть его назначили для того, чтобы поскорее и подальше сбыть с Недины, надеясь тем самым ослабить дядю, это пустяки. Он приложит все усилия, чтобы извлечь из этой экспедиции максимум пользы, чтобы, возвратившись, всех удивить… Нет, не удивить, а поразить и покорить!
Холодные подлокотники кресла стали теплыми. Коринни старался держать себя спокойно, не важничать, а главное, не выдать своего внутреннего восторга. Но видимо в полной мере это ему не удалось, потому что по лицу Греона Хала промелькнула тень улыбки. Пол на это не обратил никакого внимания, пусть себе улыбается, подчиняется он все-таки ему, младшему Коринни! Кроме того, он навсегда запомнил слова дяди Бруно: «Запомни, племянник, тебе крупно повезло, что капитан Хал изъявил настойчивое желание лететь с вами. Он честен и предан. Береги его и отношения с ним. Обещай!». Конечно, он пообещал, ему и самому Греон был симпатичен. Тем более, на стадии подготовки полета он оказался незаменимым и доброжелательным, он никогда не лез в его дела, не поучал, не надоедал советами.