Надеюсь, это письмо тебе пригодится.
Люций Гариль.»
Пол перечитал текст еще раз, медленно положил лист перед собой и вопросительно взглянул на своего секретаря.
— И что вы можете сказать по поводу этого письма, Джулия?
— Я?!
— А кто же еще?
— Мне письмо показалось очень любопытным.
— То есть, вы согласны с умозаключениями канцлера?
— Да, полностью.
— В таком случае, Джулия, с завтрашнего дня вы назначаетесь начальником научного отдела моего аппарата и временно присоединяетесь к институту Сью. Вам все понятно?
— Да. Я полагаю, что я должна найти то, о чем пишет канцлер?
— Совершенно верно. И поторопитесь, время не ждет.
Хоравы.
Земля.
5.
Коринни нервно потирал щупальца друг о друга. Перед ним лежала тоненькая папка, только что оставленная молчаливой Джулией. На вопрос Пола, «Есть что-то интересное?» она коротко ответила, «Не то слово!» и неслышно удалилась. И вот теперь командор уже несколько минут не мог себя заставить перевернуть первый лист. Наконец он приструнил себя и подтянул к себе папку.
В ней был всего один документ под названием: «Анализ избыточности системы Солнца». Коринни отбросил прочь все сомнения и углубился в чтение.
«Светило системы относится к классу малых звезд и, судя по результатам наблюдения за ним в течение нескольких тысяч лет, отличается редкой для такого класса звезд стабильностью*. Система имеет десять планет, ни одна из которых не походит на другую*. Цириане считают, что из десяти планет, по крайней мере шесть относятся к живым спящим, а одна, под названием Земля, к активно живущим типам планет. Для системы малой звезды Солнце имеет избыточно много планет*, и еще более избыточно в системе наличие живых планет*.
Планетарная система Солнца также уникальна. Тысячи обследованных членами СЦ звездных систем, имеющих планеты, отвечали правилу: у светила по малым орбитам вращаются крупные планеты, а затем по убывающей массе располагаются другие планеты. В Солнечной системе все наоборот: по ближним орбитам кружат не большие, а малые планеты*. В «обычных» звездных системах планеты вращаются по эллиптическим орбитам, а в Солнечной системе — практически по идеально круглым орбитам*. К тому же все основные планеты вращаются в одной плоскости, и только орбиты двух последних планет отклонены. Расстояние от светила до каждой из планет подчиняется несложной формуле*, что также нигде во вселенной не отмечалось. На основании этой столь явной закономерности цириане утверждают, что пояс астероидов между четвертой и пятой планетой является остатками погибшей планеты.
Наибольшего внимания заслуживает третья планета. Она уникальна тем, что ее трехмерные пространства не объединены четырехмерным измерением, а существуют самостоятельно, имеют различные ландшафтные и климатические условия. Более того, Землю нельзя отнести к классическому четырехмерному пространству, так как каждое из трех трехмерий имеет по три пространственных тени, соответствующих пятой мерности. Три измерения необитаемы, три измерения изобилуют живым миром без признаков разума, а три измерения населены разумными существами, цивилизации которых находятся на разных степенях развития. Каждое из измерений, в отличие от остальной вселенной, практически изолированы друг от друга*. Традиционные способы переходов между трехмерными измерениями на планете Земля не работают, хотя локальные проходы цирианами наблюдались, но они всегда возникали спонтанно и существовали недолго*.
Цириане все свое внимание уделяли цивилизации людей и почти не интересовались двумя другими. Из материалов, которые они собрали, прослеживается однозначный вывод: одна из цивилизаций им не понятна в корне, нет даже данных, как выглядят разумные существа, а вторая цивилизация является однородным и весьма социально развитым сообществом потомков динозавров. Цириане назвали их динозариями. Их цивилизацию нельзя в полной мере назвать технологической, так как она в самой малой степени зависит от техники или науки. Динозарии питаются дичью, которую разводят в лесах, они не строят городов, за исключением огромных храмов. На контакт они идут неохотно и проявляют необъяснимую агрессию к чужакам, в космос не стремятся, очень высокомерны и одновременно ранимы.