Глава 4: «Рутина»
Корабль «Визитёр» неуклонно двигался к своей цели, каждый день приближаясь к точке Лагранжа L4 на сотни тысяч километров. Но в пределах его корпуса время текло иначе, подчиняясь собственному ритму, диктуемому корабельными часами и установленным распорядком.
К концу первого месяца полета экипаж полностью адаптировался к жизни на корабле. Сформировались привычки, ритуалы, маленькие традиции, помогающие структурировать бесконечное однообразие космического путешествия.
Для Чена день обычно начинался в 6:30 по корабельному времени. Пятнадцать минут в крошечной душевой кабине – роскошь, возможная благодаря продвинутой системе рециркуляции воды, затем быстрый завтрак в общей столовой. В 7:30 – обязательный утренний брифинг под руководством Соколовой, где обсуждались текущие задачи и статус корабельных систем.
С 8:00 до 12:00 – первая рабочая сессия. Для Чена это обычно означало работу в главной научной лаборатории, где он анализировал все более четкие данные о «Тессеракте», поступающие с передовых телескопов корабля, или разрабатывал теоретические модели его структуры и функций.
В 12:00 – обед, за которым часто следовали оживленные дискуссии. В 13:00 – обязательная физическая тренировка. Два часа в тренажерном зале под наблюдением Ковальского, следящего за тем, чтобы все члены экипажа поддерживали необходимую физическую форму для длительного космического полета.
С 15:00 до 19:00 – вторая рабочая сессия, часто с другим фокусом, чем утренняя. Иногда это была совместная работа с другими специалистами, иногда – обучение смежным навыкам, необходимым для миссии.
Вечера после 19:00 были относительно свободными. Ужин, социальное время, личные проекты, отдых. В 23:00 – отбой, хотя некоторые члены экипажа, включая Чена, иногда задерживались, работая над чем-то интересным или просто наслаждаясь редкими моментами уединения.
Каждый день повторял предыдущий с небольшими вариациями, создавая комфортную предсказуемость, необходимую для психологической стабильности в условиях длительной изоляции.
Но под этой монотонностью происходили и менее очевидные процессы – формирование отношений, альянсов, иногда напряжений между членами экипажа.
Одним прохладным корабельным утром (температура поддерживалась на уровне 20 градусов для экономии энергии) Чен сидел в столовой, неторопливо попивая синтетический кофе и просматривая последние астрономические данные на своем планшете. Небольшое помещение с четырьмя круглыми столами было практически пусто – только за дальним столиком тихо беседовали Мендес и Мбеки.
– Разрешите присоединиться? – голос Амары Оконкво прервал его размышления.
– Конечно, – Чен жестом указал на свободный стул. – Вы рано сегодня.
– Не могла спать, – призналась она, ставя поднос с завтраком на стол. – Анализировала новые данные о пространственных искажениях вокруг объекта.
– И что вы обнаружили? – поинтересовался Чен.
– Паттерны, – она наклонилась ближе, понизив голос. – Искажения не хаотичны, как предполагалось ранее. В них есть определенная периодичность, почти как… – она замолчала, подбирая слово.
– Как язык? – предположил Чен.
– Возможно, – кивнула Амара. – Но скорее как математический код. Слишком регулярно для естественного явления.
Чен отложил планшет, полностью сосредоточившись на разговоре.
– Вы сообщили об этом Соколовой?
– Собиралась на сегодняшнем брифинге, – ответила она. – Но хотела сначала обсудить с вами. Ваша перспектива теоретика могла бы помочь интерпретировать данные.
Их разговор прервался с появлением Тейлора, который вошел в столовую с напряженным выражением лица.
– Доброе утро, – кивнул он им. – Вы не видели командира?
– Вероятно, в центре управления, – ответил Чен. – Что-то случилось?
– Небольшая аномалия в показаниях навигационных приборов, – Тейлор пожал плечами, но его тон выдавал беспокойство. – Ничего серьезного, просто хотел обсудить.
После его ухода Амара и Чен обменялись взглядами.
– Он что-то скрывает, – заметила Амара. – Тейлор не из тех, кто беспокоится по пустякам.
– Может быть, это связано с вашими наблюдениями? – предположил Чен. – Если объект действительно влияет на пространство-время вокруг себя, это могло бы объяснить навигационные аномалии.
– Возможно, – кивнула Амара. – Идемте, утренний брифинг через пятнадцать минут. Думаю, это будет интересно.
Когда они прибыли в конференц-зал, большинство членов экипажа уже собрались. Атмосфера была напряженной – все негромко переговаривались, ожидая появления Соколовой. Наконец, командир вошла в сопровождении Тейлора и инженера Хан.