Поднявшись рывком, он увидел Ореха, беззаботно оглядывающего оружие.
– Занятная штука, – похвалил он. – Хорошо стреляет, наверное. Капризная?
– Ни разу не пробовал, – ответил Фармер.
– Тогда я ее позаимствую на время перехода, – сказал Орех и тут же добавил: – Можно?
Фармер неопределенно взмахнул рукой.
– Да пожалуйста, – сказал он. – Это все равно не мой ствол.
– Договорились.
Лежащий Уотсон протер глаза.
– Сколько времени? – спросил он.
– Шесть утра, – пробасил Бергамот, сидя на бетонной кромке и попивающий чай, ароматно дымящийся в алюминиевой кружке. Древокостюм лежал рядом, перетянутый ремнями. – Самое время идти. Раскладку помните?
Уотсон порылся в памяти. Раскладку?
– Свое место в строю, – подсказал Бергамот.
– А, точно. Да.
Фармер снова надел на себя рюкзак.
– Ты чего творишь? – спросил Бергамот.
– Что?
Проводник подошел к нему и рванул гору листьев с плаща Фармера.
– Собрался в камуфляже дальше топать? Уотсон, ты тоже?
– Уже не надо?
Орех покачал головой и отвернулся.
– Дело ваше, – сказал Бергамот. – Только в здешних коридорах два пышных куста, двигающиеся гуськом с автоматами, как бы сказать повежливее… привлекут внимание.
Фармер мигом скинул рюкзак и начал стаскивать с себя плащ, стараясь не краснеть. Уотсон последовал его примеру.
– Мужики, ну это уже совсем не смешно, – произнес проводник. – Включайте головы, наконец. Неужели не понятно, что лесная камуфла в тоннелях не нужна?
– Усталость просто, – помотал головой Уотсон. – От всего. Не обращай внимания. Спасибо за подсказку.
– Бывает, – посочувствовал Бергамот. – Ребята, если я что-то советую, то этим всего лишь показываю разницу между смертью и усталостью. Выбирать уже придется вам. Усталость – да, случается. Я же вижу, что вы все это время на энтузиазме жили. А это штука ох какая непредсказуемая. Все равно что трицепс в спортзале качать.
Орех потушил примус и лампу.
– Идем, – сказал он. – И снова я последний. Вот так всегда.
Бергамот осторожно шел по тоннелю, держа автомат наготове. Он был доволен стажерами – Фармер и Уотсон шли, точно выполняя свои обязанности, следя за всеми признаками чужого присутствия.
Но все было тихо.
– Ты точно слышал скрип? – спросил Бергамот, заприметив дверь.
– Точно, – подтвердил Орех. – Я не говорю, что в этом есть какая-то опасность. Просто скрип был. А так как у меня не было надобности топать дальше, я и не стал.
– Правильно, – сказал проводник, обхватывая колесо замка по центру двери.
Он повернул его, стараясь сильно не шуметь. Сделать это было нелегко – замок поддавался с трудом. Бергамот имел достаточно опыта в таких делах, чтобы понять: дверью очень долго не пользовались.
Фармер зашел со стороны проема, целясь из FN-2000 в пустоту. Орех посветил фонарем внутрь.
– Никого не вижу, – сказал он.
Бергамот отодвинул дверь в сторону и тоже глянул.
За дверью коридор раздваивался. Обе ветки были чуть у´же по ширине. Левая демонстрировала темноту, а правая…
Проводник быстро пригнулся, остальные сделали то же самое.
– Что там? – шепнул Орех.
– Свет.
Рука Бергамота скользнула в карман, из которого проводник вытащил болт. Кусочек ржавого железа полетел далеко вперед. Послышался стук о каменный пол.
Фармер высунул голову, прицелился. И издал возглас удивления.
– Кто там? – не выдержал Уотсон.
– Мы. – Фармер опустил винтовку и встал в полный рост. – Давайте посмотрим.
– Стоять. – Бергамот оттеснил его широкой ладонью. – Я первый пойду.
Все четверо один за другим приблизились к источнику света.
– Ого, – только и сказал Орех.
– Да, – согласился Бергамот. – Слышал я о чем-то таком, но вижу впервые.
Сталкеры оказались перед огромным зеркалом, отражающим и фонари, и их собственные фигуры. Хотя вряд ли можно было назвать таковым сплошную стену, отрезающую правый коридор от его дальнейшей части, без единого просвета. Перед сталкерами стояли их точные копии, симметрично отображенные.
– Я, вероятно, скажу глупость, – заявил Фармер. – Но мне это не кажется аномалией.
Судя по виду Бергамота, он тоже был в замешательстве. Уотсон взглянул на экран детектора в очередной раз. Тот молчал, не индексируя ничего странного в радиусе тридцати метров.
– Что у нас на карте, Орех? – спросил проводник.
– Ничего, – ответил парень. – Судя по карте, тут у нас тупик. Здесь никогда ничего не было построено.
Проводник медленно приблизил ствол «калашникова» к зеркалу. Коснувшись его, тут же отдернул автомат назад.