Впереди показался крутой уклон вниз. Борланд наконец узнал знакомые места. Теперь идти оставалось совсем немного.
– Стой! – услышал он голос майора. Как бы не так. Сталкер с разбегу перемахнул за невысокий гребень уклона и помчался вниз по дрожащей почве. Потеряв равновесие, он перевел падение в управляемый кувырок, приземлившись рядом с огромным, торчащим из земли валуном, чей острый угол замер в нескольких сантиметрах от лица сталкера.
Клинч спустился быстрее и успешнее. Он помог Борланду подняться и прокричал ему в лицо:
– Дальше здание института! Я видел забор!
– И что?
– Можем добраться туда и…
– Нельзя! – отрезал Борланд. – Дуй за мной!
Внезапный раскат грома заглушил ответ майора, последовавший порыв хлесткого ветра сбил их с ног. Борланд машинально закрыл лицо рукавом, жалея, что выбросил шлем. Ослабить движение именно сейчас, из-за встречных потоков банального воздуха, было бы несправедливой глупостью. Или, наоборот, справедливой. За халатность.
Сталкер прыгнул на торчащий из зловонной воды кусок трубы, с него на кочку и дальше на стоптанный островок, состоящий из кучи различного техногенного мусора вперемешку с глиной. Судя по всплеску воды сзади себя, Клинч попытался повторить маневры, но не рассчитал и грохнулся в болото. Ничего удивительного в этом не было – майору вряд ли приходилось много шастать по ночной Зоне. Хотя минимальной техникой безопасности он все же владел, иначе отстал бы на первой стометровке.
Борланд добрался до противоположного берега, когда небо снова вспыхнуло белым. Это был верный признак окончательной кульминации – истинной сути Выплеска, когда по истерзанной встрясками земле проносится сгусток энергии разрушения, ярости Пьедестала, подавляющей любую волю и разум, сжигающей нервную систему, бросающей каждому оказавшемуся на поверхности человеку карту с предначертанной ему долей. Выпадет крап – считай, повезло. Умрешь быстро. А выпадет картинкой вверх – не обессудь. Душа растает, тело останется функционировать вопреки воле любого из богов. Вывали язык на ветру и наслаждайся жизнью зомби. Или что там у них вместо жизни…
– Борланд, – окликнул Клинч из последних сил. – У меня с собой таблетки…
– Что за хрень?!
– Анабиотик! С ним можно пережить Выплеск на открытой местности… – Голос майора на миг пропал. – Если, может быть…
– Отставить! – проревел сталкер, хватая Клинча за шиворот комбеза и толкая перед собой.
Майор схватился за неожиданно ровный кусок стены. Помотав головой, он сфокусировал картинку перед глазами и увидел бетонный блок.
– Толкай! – велел Борланд, становясь рядом и упираясь плечом в блок.
Клинч не стал спрашивать детали, лишь навалился всем телом на препятствие, покуда то не заскользило послушно по рельсам.
Ослепительный свет погас, а вместе с ним и весь мир. Все заволокло непроглядной, жирной темнотой, в третий раз за час. Грохот кончился, ему на смену пришло тихое рокотание. До разрядки Выплеска оставались считаные секунды.
Борланд издал яростное шипение сквозь зубы. Нога попала на гладкий рельс, сталкер поскользнулся и упал прямо на запертую крышку знакомого люка. Ухватившись поудобнее обеими руками, он начал крутить запорный штурвал.
Штурвал не поддался ни на миллиметр.
Сталкер еле совладал с приступом паники. Только сейчас он понял, что под блоком не было ни единой подпорки, которые обычно стояли, блокируя спонтанное движение верхней маскировочной защиты. Борланд точно помнил, что поставил блокираторы, когда уходил в последний раз. Значит, их недавно убрали.
Внутри его подвала кто-то прятался.
Изображение вернулось, и первым, что увидел сталкер, было медленно поднимающееся дугообразное зарево на севере Зоны, переливающееся всеми цветами радужного спектра. Клинч смотрел на это как завороженный.
– Открывайся, мать твою! – заорал Борланд, стуча по крышке люка изо всех сил. – Мы тут все щас передохнем! Открой…
Внезапно повернувшийся штурвал едва не вывернул Борланду все пальцы. Сталкер поспешно отпрянул назад, встал, тут же снова подскочил к люку и начал поднимать его со своей стороны.
Крышка откинулась. Изнутри показалось дуло.
Клинч молниеносно схватил встречающий ствол и прыгнул в люк. Громыхнул выстрел, шальная пуля улетела в никуда под мелькнувшую вспышку, направляясь в кипящие небеса. Внизу раздались ругань и шум потасовки.