– Нашел сталкерский схрон, – ответил он, еле владея речью. – Мутанты разрыли, наверное. Там были детектор и дробан, больше ничего. Я не знал, куда мне идти…
– С нами пойдешь, – решил Клинч. – Все, мужики, подъем! Ситуация серьезнее, чем я думал.
– А если коротко? – спросил Борланд.
Майор вгляделся в северные дали.
– Глок знает обо всем, – ответил он. – Он формирует мощную защиту центра. От потенциального посягательства. Готовится к молниеносной войне.
– Иными словами, наш враг признал, что ему есть чего опасаться, – добавил Борланд многозначительно. – Я ведь прав?
Его и майора взгляды пересеклись, и Клинч еле заметно кивнул.
– О чем вы? – шумно спросил Егор. – Чего нам опасаться?
– Так, браток, меньше знаешь – крепче ссышь, – шагнул к нему Фармер, хватая за плечо и толкая перед собой в сторону Серой долины.
Клинч шел последним. Борланд, которому надоели постоянные словоизлияния рядового Сажина, поотстал немного и поравнялся с майором.
– Теперь ты видишь? – спросил он, чувствуя, как сердце колотится в предчувствии схватки. – План существует. «Горизонт событий» – не вымысел.
– Да, теперь я это вижу, – проговорил Клинч. – Глок не стал бы прилагать таких усилий по охране центра, если бы не было по-настоящему серьезной проблемы. Например, угрозы исчезновения такой вкусной политической кормушки, как Зона.
– Мы сможем прорваться?
– Должны. А сможем или нет, мне плевать. Но мы должны прорваться.
– Я с тобой, майор.
– Спасибо.
Вскоре впереди показался блокпост «Ранга». Борланд тронул Клинча за рукав.
– Еще один момент, – произнес он. – Сафрон. Кто он? Что в нем такого опасного, что за одно только его имя убили друга этого Сажина и чуть не пришибли его самого?
Клинч какое-то время понаблюдал за Фармером, затем, убедившись, что тот ничего не слышит, заговорил:
– Когда образовалась Зона, стало ясно, что новая аномальная территория потребует самых разных ресурсов. Таких как новейшие профессии, специфическая техника, новые виды вооружения.
– Это понятно, – кивнул Борланд.
– КБ «Камов» тогда пребывало в большом упадке – по крайней мере в военной сфере. «Черных акул» изготовили всего двенадцать штук за все время, они были дороги в производстве, затем структура развалилась из-за сменившегося руководства. И военные потеряли интерес к конторе. Но после Зоны все изменилось. Потребовались новые типы вертолетов, заточенных именно под специфические задачи Зоны: поиск и спасение, исследование, воздушное сталкерство, ведение боевых действий в условиях аномальной активности. КБ ухватилось за предложение. Вернули старых инженеров, тем более что тогда на проект нашлись серьезные деньги. К тому времени, как Барьер был достроен, конструкторы изготовили два тестовых прототипа, взяв за основу Ка-50. С нуля перебрали кузов, электронику, расширили кабину, за счет чего стало возможным внедрить в основу некоторые новые гаджеты. Я тоже в этом участвовал, но вскоре заинтересовался Зоной и покинул проект. «Вертушки» получились многоместными, хотя по-прежнему предназначенными для одного пилота. С «Тунцом» вышло не так, как рассчитывали: в нем не работает половина функций, и поделать ничего было нельзя. А «Тайкун» получился изящным, маневренным, сверхнадежным, в разы лучше изначальной задумки. Оба образца доставили в Зону примерно через год после того, как откомандировали сюда меня. Я снова тщательно проверил оба вертолета и дал отчет, что они удовлетворяют требованиям, хотя по факту нам нужен только один. Но поскольку их все же создали два, то и пилотов для них, соответственно, тоже натренировали двух.
– Значит, Сафрон… – предположил Борланд.
– Сафронов – второй пилот для вертолетов Ка-54.
Борланд замолчал, обдумывая услышанное.
– В то время Сафронов остался не у дел, – продолжил с жаром майор, нащупав знакомую тему. – Но все равно он является одним из лучших пилотов мира и мастерски освоил «Тунца» за время ранних испытаний. Гораздо быстрее, чем я справился со своей машиной. И это еще не все. Мало кто знал, что Сафрон – профессиональный наемник мирового масштаба. Именно я не пустил его в Зону, убедив Глока в ненадежности этого человека.
– И теперь Сафрон прибывает в Зону, – подвел итог Борланд.
– Именно. Я мог всего ожидать от Глока, зная, что по факту любая война, которую можно здесь развязать, может быть выиграна нашими силами, если «Ранг» нам поможет. У клана огромная боевая мощь и опыт. Биологическим нас не возьмешь – есть свои нейтрализующие наработки. Да и очень опасно. Полноценной авиаподдержки ни у одной из сторон не будет. Наплюй на «мишки», они эффективны лишь в южных районах. Летать же по Зоне без ограничений – не считая Припяти и ЧАЭС с плотным аномальным слоем – могут только «Тайкун» и «Тунец». И, по правде говоря, я скидывал со счетов возможность, что они будут пущены против нас – хотя бы потому, что в Зоне, кроме меня, никто не сумеет внятно ими управлять. Но я не ожидал, что сюда перекинут Сафрона. Если он доберется до «Тунца», бой будет проигран.