– Конечно, я знал Технаря, – сказал майор. – Это был один из лучших людей, которых я встречал. Служил контрактником на Барьере, ни единого пятнышка в личном деле. Всегда себе на уме, целеустремленный, просто оплот надежности – но лишь до тех пор, пока ваши с ним цели совпадали. Если же он выбирал себе свое направление, то лучше было ему в этом не мешать. Поэтому я не удивился, когда оказалось, что после очередной поездки домой Технарь внезапно ушел с одной из башен Барьера и скрылся в Зоне. В знак уважения к нему я прикрыл его исчезновение, как и пропажу табельного автомата, который он взял с собой. С тех пор я ничего о нем не слышал. Честно говоря, его мне не хватало, когда я формировал круг сэров.
– Ты никогда не знал Технаря, – выговорил Борланд. – Никто не знал.
– Может, закроем тему? – предложил Клинч. – У нас сейчас уйма дел, чтобы болтать о делах минувших дней.
– Минувшие дни для меня много значат, – сказал Борланд. – И минувшие люди, которые были мне дороги, тоже. Я не такой, как ты, майор. Мне есть дело до того, кем были те, кому я доверяю. Наверное, я не был достаточно настойчив, чтобы узнать их поближе, или достаточно надежен. Или слишком много думал только о себе. Иначе все могло бы сложиться по-другому. Но мне есть дело, Клинч.
– Это что-то меняет в нашей миссии?
– Нет, – покачал головой сталкер. – Ничего. Расстановка фигур не поменялась, просто теперь я уточнил их цвет.
Майор пожал плечами.
– Кстати, о Технаре, – сказал он. – Если ты не знал, то он похоронен тут, рядом. Я сейчас туда иду. И тебе бы тоже не мешало.
Покосившись через плечо, Клинч направился к могильнику клана. Борланд заметил, что в ту сторону направляются несколько «ранговцев» с Фармером и Сажиным за компанию, и последовал за ними.
Сталкер испытал неожиданно сильную щемящую горечь при виде того, насколько расширились границы могильника за два года. Аккуратных холмиков земли было больше раза в четыре – от древних, неотличимых от естественных насыпей – до совсем свежих. Но сейчас группа «ранговцев» собралась вокруг могилы, которая была почти раскопана.
– Поднимай, – скомандовал Анубис. Он выглядел совсем бледным. Борланд не понимал, в чем дело, а затем догадался. Могильник клана – место почти священное, и раскопка ям является кощунством. Ничего удивительного сталкер в этом не видел – в Зоне не может быть других добродетелей, кроме уважения к умершим и местам их погребения. Раскапывал ли Анубис чье-то тело или просто схрон, все равно он сейчас творил вещи, граничащие с пределами морали.
В могилу кинули веревки, двое крепких парней обвязали их вокруг выступов гроба.
– Что там, внутри? – спросил Борланд.
– Не знаешь? – спросил Клинч. – Так посмотри.
Он указал на наспех сколоченный крест, возвышавшийся над ямой. Борланд раньше не замечал на нем надписей. Присмотревшись, он прочитал:
«Борланд, вольный сталкер, 2008–2013. Да упокоится его беспокойный дух».
– Это что за шутки? – позеленел Борланд. – Анубис, ты?
– Нет, – коротко ответил лидер клана. – Он.
Майор выдержал взгляд.
– Ну извини, – сказал он. – Знал бы, что тебя это так расстроит, положил бы в яму по-настоящему, как полагается. Но не судьба.
Борланд не стал ничего ему говорить. Пусть Клинч собирает остатки контроля, если это его успокоит. Совсем скоро ему придется считаться с мнением множества людей вокруг себя.
Цинковый ящик достали из ямы, кувалдами сбили замки. «Ранговцы» подняли крышку и откинули ее в сторону.
Внутри оказалось нечто громоздкое, завернутое в черную плотную пленку. Человеком это явно быть не могло.
– Проверьте работоспособность, – сказал Клинч и тут же удалился.
– Так, доставайте, – устало сказал Анубис, желая поскорее покончить с пренеприятной процедурой. – Ящик в мастерскую, крест сожгите. Или… Борланд, оставить на всякий случай?
– Сжечь, – быстро ответил сталкер. – Я такое не коллекционирую.
Анубис только кивнул, и крест уволокли вместе с гробом.
– Что тут, в мешке? – спросил Егор Сажин с нетерпением.
– Очередная разработка военных, – ответил Анубис, пока «ранговцы» разрезали бечевку, сдерживающую пленку. – Клинч решил забрать ее себе и спрятать у нас, на случай, если нам удастся добраться до самого Саркофага. Или, может, раньше понадобится. Думаю, в самом деле понадобится.
Черную пленку стащили. Фармер охнул от изумления.
– Моя малышка, – ухмыльнулся Дизель.
В гробу лежал совершенно невероятного дизайна сверкающий агрегат, собранный из сотен деталей разного размера и материала. Сложенная в несколько раз платформа сияла на солнце, сверху выступали несколько крутящихся барабанов разного диаметра. Знаменовал картину длинный ряд из шести параллельных стволов.