– Я не могу на это пойти, – сказал Арчибальд и вздохнул. С напускной грустью, неискренне. Все же из него был плохой лжец. Внезапно Анубис понял, что это не недостаток лидера «Победы», а, вероятно, его самый существенный плюс. И большое проклятие.
– Прикажи своим людям опустить оружие, – повторил Анубис. Его товарищи расступились, встав классическим полумесяцем, оставив своего командира в центре.
– Не надо, – покачал головой старик. – Вы не сумеете выйти. Пожалуйста, отдай нож.
Люди в окнах напряглись. Все замерли на местах в тягостном ожидании.
Анубис улыбнулся. Чуть выйдя вперед, он повернулся так, чтобы каждый из «ранговцев» мог видеть его. Во мраке они не различали его лица, но хорошо чувствовали его выражение.
– Вы помните, что такое «Ранг»? – спросил Анубис. – Все знают, что «Ранг» – это самая благородная группировка в Зоне. Лучший клан, самый влиятельный, самый дружный. У нас процветают дисциплина, закон, честь, кодекс и принцип командной силы. Нас никто не смеет давить. Я прав?
– Так точно! – послышались пять голосов почти одновременно.
– А теперь забудьте всю эту херню.
Гробовая тишина послужила ему ответом.
– «Ранг» – это приманка для лохов, – продолжал Анубис. – Тортик для пацанчиков, не способных решать за себя. Мы – термиты, которые сгрызут любое дерево быстрее, чем бобры, не построив при этом никакой плотины, так как мы слишком круты, чтобы работать. У нас самомнение выше Останкинской башни, поставленной на нос Сфинксу. Потому что в нас вложено больше денег, чем в проект Керченского моста. У «Ранга» куча баз по всей Зоне, своя форма, оружие, а самое главное – философия, которую без пузыря и мата и не родишь. Мы носим идиотские зеркальные шлемы просто потому, что в этом году они в моде. Расцветки наших костюмов по любым психиатрическим таблицам провоцируют спонтанную агрессию, а наши табельные стволы имеют встроенные гранатометы, потому что гранатомет – это стильный аргумент и это круто. У нас джипы, на которых мы раскатываем по Зоне, зная, какими гламурными смотримся со стороны. Заставить ходить «ранговца» пешком можно только в команде, а если одного, то не иначе как в экзоскелете. На спине мы всегда таскаем еще один ствол, чтобы казалось, что стрелять спиной мы тоже умеем. При оптимистичном раскладе мы смешны, при реалистичном – жалки. А причина этому проста. Деньги. Мы попросту крышуем чужой бизнес, подменяя этим свою жизнь. И любой скажет, что в создании имиджа клан добился больших высот.
Но когда-то все было иначе. Несколько лет назад «Ранг» был действительно не более чем кланом боевых и верных товарищей. Простите, я оговорился – он был не менее чем таким кланом. Мы жили в грязи, холоде и голоде, но мы жили, а не наводили косметику, как сейчас. Не философствовали о своем призвании, а следовали ему. Банальные вещи вроде простоты, доверия и уважения не смогли пропасть даже после исхода Шептуна. «Набат» уничтожили, убили всех, кто в нем состоял, и все равно не смогли задушить идею. Но «Ранг» в этой битве проиграл. Нас купили, как шалав на перекрестке.
– Анубис, замолчи! – крикнул Арчибальд.
– Вам интересно, почему я вам все это говорю? Потому что вы меня очень хорошо знаете. Я был с вами почти в каждом из ваших испытаний, помогал и получал помощь взамен. Не думаю, что место лидера подходит для меня, но вы все меня выбрали единогласно, и я как лидер призываю вас: помогите мне сломать к черту эту систему.
– Так, с меня хватит! – выговорил босс «Победы».
– Я напомню, чем должен был быть «Ранг», – сказал Анубис, добавляя металла в голос. – Простите меня за то, что не сделал этого раньше. И дай вам Бог возможность вспомнить свою резную раму на кровати.
Анубис выдернул из-за пояса небольшую пластиковую трубу. Затем с силой ударил ее концом о рукодельную раму. Помещение наполнилось шипением, яркая вспышка фальшфейера пронзила барак.
«Победовцы» в окнах с воплями отпрянули, срывая с себя приборы ночного видения, многократно усилившие свечение и нанесшие ожоги сетчаткам глаз. Негромко захлопали стволы штурмовых винтовок.
Арчибальд схватился за подоконник, чтобы не упасть, в шоке глядя на разворачивающуюся перед ним картину. «Ранговцы» практически одновременно оказались у ближайших окон, хватая нацеленные на них винтовки, выворачивая их, рвя на себя, срывая ПНВ с лиц нападавших, тыча пальцами в глаза, круша носы четкими ударами. Двух бойцов втащили в барак, а добили их уже другие. «Ранговцы» двигались в неуловимом ритме, почти беспорядочно, но вместе с тем выверенно и безошибочно, вынося нападавших в рукопашном бою, тут же переключаясь на другие цели. Мало кто видел в действии легендарный «полумесяц Анубиса» – сложнейшую и разветвленную боевую схему, неизменно начинавшуюся с особой расстановки бойцов в количестве шести, двенадцати либо двадцати четырех бойцов, а заканчивавшуюся в зависимости от ситуации. Арчибальд никогда бы не поверил, что шестеро окруженных человек, взятые врасплох, способны превзойти дюжину его лучших головорезов.