На Арене занимались и другие школы. Макс поглядывал на возможных конкурентов с интересом, оценивая их сильные и слабые стороны. Конечно, сейчас их многовато, но основных соперников можно уже увидеть по манере держаться. Потом и на спарринг посмотреть. Среди всех выделялся огромный мужик, если бы не славянская внешность, его можно было бы принять за орка. Мощное тело, огромный рост, тяжёлая челюсть, лысая голова... Да, такого чтобы вырубить, надо постараться.
— Разбились на пары, девочки! - Харон, как тренер школы гладиаторов Виса, мог позволить себе некоторые вольности в обращении с борцами. Хорошо знать, что можешь говорить что угодно, и тебе за это ничего не будет.
— Давайте, бегом вокруг арены. Потом отожмемся, разогреем мускулы. Шевелитесь, девочки!
И "девочки" зашевелились. Особенно подстегивали к усердным занятиям спаррингующиеся рядом противники. Макс, пока бежал круг вдоль арены, убедился, что тут собрались не дилетанты. Почувствовал себя как на Олимпиаде. Именно в этот момент к нему пришло осознание реальности происходящего. Он - на Играх, в Столице, будет выступать перед Императором и знатью. Нужно собраться и победить. Только так есть шанс выйти из этого мужского царства, найти любовь среди местных девушек и вернуться домой.
А потому - тренировки, тренировки и ещё раз тренировки.
Каждый день утро начиналось с воплей Рекса. Потом - тренировка до обеда, после трапезы - сиеста. Вечером на арене занимались гладиаторы с оружием. Макс это время занимал созданием щита на все тело. Кто знает, что именно ему пригодится в боях - ловкость или крепкий щит. После ужина - душ и массаж. Да, Вис раскошелился и купил в одном из увеселительных домов рабыню- массажистку. Макс подозревал, что она талантлива не только в массаже. Рабыня была широкоплечей, с низким голосом и узкими бёдрами. Уже не молодая, лет сорока пяти, но лицо её ещё хранило следы былой красоты. Вообще Макс подозревал, что Вис больше по мальчикам, потому и массажистка была несколько мужеподобной. Волевой подбородок и широкие скулы только подчеркивали её андрогинность. Наверное, толстячок и сам не прочь был воспользоваться её услугами.
Но как бы то ни было, а дело свое Агриппа знала на отлично. Она разминала мышцы так, как самый профессиональный спортивный массажист. Не было после неё ни застоев, ни зажимов, ни болей. Сильные руки рабыни каждому дарили расслабление и дивный сон. Большего от Агриппы и не требовалось. По крайней мере, Максу.
В таком темпе пролетало время. Когда до начала Игр оставалось два дня, обитель борцов посетили две девушки из увеселительного дома. И нет, не для того, о чем сначала все подумали. А для... эпиляции. Чтобы не оскорблять чувство прекрасного зрителей, борцам полагалось появиться на Арене не только без одежды, но и без волос во всех местах кроме головы.
Это были пытки - по-другому назвать эту процедуру не получалось.
Когда в помещение занесли какую-то треногу, на неё установили спиртовку, над которой подвесили котёл, парни заволновались. И не ошиблись.
В котел на водяную баню поставили миску с воском. И началось..
Девчонки работали в четыре руки. Сначала смазали нужные места каким-то зельем, а потом, когда оно высохло, мочили полоски ткани в горячем воске на горелке, прижимали к нужным местам и резко дёргали. Снова смазывали своей настройкой, которая чуть пощипывала кожу и приятно пахла. Парни мужественно терпели эту экзекуцию.
На симпатичных девушек естественные реакции организма мужчин не заставили себя ждать. Особенно, когда процедура пошла в интимных местах. Горячий воск, нежные женские ручки - и Макс поплыл. Вернее, Макс-второй встал. Твёрдо и неумолимо. Он как будто говорил: "Хозяин, ты что не видишь, какие тёлочки? Мне надо, у меня есть потребности! Сколько можно надо мной издеваться!"
Макс, стиснув зубы, понял, что он проиграл этот бой ещё до его начала. Девчонки разулыбались, захихикали. Послышался шёпот: "Какой большой, красивый. Хотела бы я... " и снова тихий смех.
Вот последняя полоска дёрнула волосы, прохладная ткань настойки намочила кожу и нежная ручка охватила член. Макс дёрнулся, стиснул зубы и прерывисто вдохнул. Упругая струя выстрелила в низко склоненное личико. Девушка тихо застонала и слизнула с пухлых губ белые капли.
—Сладкий...
— Кармэлла, мы здесь для другого,- строго посмотрела на нарушительницу напарница.
— Он сам, я ничего даже не сделала, — запротестовала девушка, вытирая чистым куском ткани лицо.