* * *
В библиотеке вновь наступила блаженная тишина, и ученики приходили сюда за знаниями, а не для того, чтобы обсудить очередную сплетню. После очередного нападения на Малфоя и дальнейших мер директора, наступило затишье. Сообщений о ловушках и драках приходило совсем мало, так что сам Гарри уже неделю никого не спасал, посылая остальных членов ОХ, чтобы те не жаловались на бездействие. Между факультетами постепенно налаживались отношения, поэтому иногда можно было наблюдать за компанией, в которой были представители разных Домов. Даже Рон утихомирился и ходил с видом побитой собаки, словно вымаливая прощение. Только при этом так и не собрался, чтобы лично принести извинения другу. Сам Поттер в этот раз первым не спешил подходить.
Юноша перечитал свое эссе по зельеварению, довольно кивнул и потянулся. Взглянув в окно, с усмешкой наблюдал за несколькими провинившимися, которые отбывали отработку у Хагрида. «Да уж, преподаватели у нас умеют придумывать наказания. Но я не думал, что меры Дамблдора по запрету выходить из замка окажутся столь действенными». Прошлые выходные выдались на удивление теплыми и солнечными, поэтому все спешили в Хогсмид или же к озеру, чтобы успеть поймать последние погожие деньки. Те же, кому было запрещено выходить на улицу, едва ли волком не выли, глядя на счастливые лица однокурсников.
— Гарри? Ты уже закончил с домашним заданием? — голос Гермионы вырвал его из раздумий. Поттер кивнул на исписанный пергамент. Подруга тут же пододвинула ему внушительных размеров фолиант. Юноша вздохнул, но послушно открыл книгу. Свободного времени у него так и не появилось. Когда вся неразбериха с перемирием факультетов улеглась, Поттер тут же вспомнил о делах, касающихся лично него. Во-первых, он тщательно изучил гримуары, которые ему принес Забини. Как оказалось, отец Блейза даже ничего не спросил, когда отдавал сыну столь ценные вещи. Из чего подростки сделали вывод, что старший маг о чем-то догадывается. Все-таки он был слизеринцем. Правда, большой помощи эти источники информации не оказали: там было очень много сведений о даре предвиденья, о том, как его развивать, но о самом феномене Наследия было написано всего несколько статей. Впрочем, благодаря им Гарри теперь мог спокойно есть в Большой Зале — он научился на время замыкать дар на себе самом, чтобы его эмоции не смешивались с эмоциями других людей. Это была временная мера, но теперь не нужно было разорять профессора Снейпа на восстанавливающие зелья.
— Не понимаю, почему волшебники так небрежно вели записи о магических войнах? — Гермиона недовольно убрала прядь волос за ухо, вновь погружаясь в чтение. Это было второе занятие, которое занимало большую часть времени. Как-то раз, когда они сидели в гостиной и обсуждали различные виды магических и маггловских игр, Симус невзначай упомянул об Олимпийских играх, а Дин пошутил, что было бы неплохо, чтобы и в магическом мире войны прерывались во время Олимпиады. Конечно, нашлись те, кто понятия не имел обо всем этом. Грейнджер тут же стала всем рассказывать о возникновении и развитии этой забавы, как внезапно замерла, хлопнула себя по лбу, заявив: «Ну, конечно же!». Правда, быстро взяла себя в руки и продолжила свой рассказ. Лишь потом она объяснила Гарри, что, возможно, в Древнем Мире магии существовал аналог этому обычаю Олимпийских Игр. Естественно, тут же начались поиски. Правда, затруднялись они тем, что большая часть древних рукописей Эллады, Персии и Египта хранились в Национальных библиотеках стран Ближнего Востока. Поэтому в оборот были взяты все книги, которые имели хотя бы косвенное отношение к тем временам. В процессе поисков Поттер наткнулся на летопись Хогвартса, но у него все не хватало времени ее изучить.
— Эх, нам бы использовать библиотеку Блэков, — Гарри устало захлопнул очередную бесполезную книгу и взялся за следующую. Ему приходилось прилагать огромные усилия, чтобы не сбежать отсюда на свежий воздух. Все чаще юноше приходилось использовать образ светловолосой девочки, чтобы усидеть на месте.
— Бродяга так и не написал тебе?
— Нет. Даже Люциус не знает, куда подевался крестный.
— Ох. Как бы он не натворил дел.
— Я все-таки надеюсь, что не натворит. Должен же был его чему-то научить случай в Министерстве, — Поттер печально вздохнул. Сейчас исчезновение крестного было для него самой тревожной проблемой, даже Темный Лорд и отношение к Малфою отошло на второй план. Поттер безумно боялся вновь потерять Сириуса. «Если он вернется живым, попрошу Люциуса посадить его под замок, чтобы вновь не пропал». Еще раз вздохнув, Гарри принялся читать очередной талмуд. «Хм… Опять упоминание о ритуале, странное название. Вроде бы латынь».