Гермиона с улыбкой посмотрела на тихо воркующую парочку в углу библиотеке — после происшествия с Гарри прошла неделя, и когда волнения улеглись, это словно послужило сигналом для тайных влюбленных: многие пары — представители разных факультетов, которые до этой поры предпочитали скрываться из-за межфакультетской вражды — вышли из тени и теперь встречались открыто.
Тряхнув копной непослушных волос, девушка вновь углубилась в изучение очередного фолианта. Книг становилось все меньше и меньше, а проблеска надежды она так и не увидела. Более того, Грейнджер с досадой признала, что в хогвартской библиотеке ей не найти подробной информации о ритуале, который так заинтересовал Гарри. Случись подобное год назад, гриффиндорка, не задумываясь, обратилась бы за помощью к своему декану, выпросив разрешение на выходных посетить Национальную Библиотеку. Теперь же девушка не знала, у кого просить помощи. Несколько раз она уже намеревалась подойти к Малфою, но что-то ее останавливало. Все-таки они не были друзьями, и даже сделка с Забини не улучшила их отношения. Да и боялась Гермиона, что слизеринец откажет ей только из-за того, что она магглорожденная.
«Если бы здесь был Гарри, то он бы мог спокойно обратиться за помощью к профессору Снейпу», — девушка удрученно покачала головой. Она понимала, что тоже может пойти к зельевару, но боялась. Нет, не Ужаса Хогвартса, а того, что дверь закроется прямо перед ее носом. Какие бы теплые отношения не были между Гарри и Снейпом, они не влияли на то, что Мастер Зелий совершенно не замечал и даже презирал Грейнджер. По крайней мере, ей так казалось. А ведь сама Гермиона уважала и даже немножко восхищалась суровым преподавателем, особенно после того, как друг рассказал ей о роли двойного шпиона. «Уверена, что с ним-то я могла бы поговорить на самые разные темы, не ощущая себя при этом справочником на все случаи жизни. Профессор уж точно знает больше меня. Возможно, он бы подсказал, где можно продолжить поиски».
Гермиона тоскливо вздохнула. Порой ей так не хватало компетентного собеседника, который бы не стушевался под натиском ее знаний, а, наоборот, направил бы мысли в нужное русло. Девушка прекрасно понимала, что ей не хватает простого житейского опыта, что книги — не абсолют истины, только вот не было у нее других источников для получения информации. Родители были магглами, поэтому могли помочь лишь в вопросах, которые касались бытовой стороны жизни. «Иногда я завидую Гарри из-за того, что у него была возможность поговорить с чистокровным Малфоем и Мастером Зелий».
Очередной фолиант оказался бесполезен — все, что было в нем написано, мисс Всезнайка прочитала уже в других книгах. «Если две следующие попытки будут столь же тщетны, то я обращусь за помощью к профессору Снейпу. Гриффиндорка я, или кто?».
Два последующих талмуда оказались не только бесполезными, но еще и ужасно скучными. Последняя книга же вовсе усыпила девушку, поэтому дочитывала она ее уже на следующее утро, благо была суббота. «Опять ничего. Придется идти». По позвоночнику пробежали мурашки. Гермиона понимала, что не только страхом они вызваны, но еще и волнением, и предвкушением. Ведь если профессор все-таки соизволит выслушать ее, то, возможно, они даже смогут вместе обсудить некоторые данные, которые показались девушке все-таки любопытными.
Через полчаса гриффиндорка стояла перед дверями личных покоев декана Слизерина и не решалась постучать. Сердце билось где-то в горле, мешая дышать и нормально мыслить. «Может, это была все-таки не самая лучшая идея? Может, лучше было пойти сначала к Малфою, а потом уже к профессору? Может, просто уйти?».
— Мисс Грейнджер? — Северус удивленно разглядывал вздрогнувшую от неожиданности девушку. Он как раз возвращался из теплиц, где собирал ингредиенты для очередного зелья, когда застал старосту Гриффиндора у своих покоев с поднятой для стука рукой.
— П–ппрофессор Снейп, — к такому повороту событий Гермиона не была готова. Ведь она уже собиралась позорно сбежать, а теперь ей не оставили выбора — придется идти до конца, даже если она уже пожалела о своем решении.