— Поттер, прекрасно выглядишь, — Блейз вновь очаровательно улыбнулся, чем вывел Гарри из транса, в котором тот пребывал. Юноша тут же смутился, только не из-за комплемента, а потому что осознал всю глупость собственного поведения. Хорошо, что Забини решил с ним заговорить. Поттер даже успел облегченно вздохнуть.
— Спасибо.
Зря.
Заиграла новая мелодия — медленный вальс. Блейз как-то слишком проказливо усмехнулся, внезапно поклонился и предложил Гарри руку.
— Не соизволите подарить мне один танец, милорд?
Поттер так растерялся от подобного приглашения, что принял предложенную руку прежде, чем успел сообразить, что же замышляет Забини. Тот победно ухмыльнулся, резко притянул к себе еще слабо сопротивляющегося парня, заговорщицки переглянулся с Панси и поволок Гарри на середину зала. Оставшиеся ребята явственно услышали, как скрипнули от досады зубы Малфоя. Взгляд серых глаз обещал другу все возможные кары, на какие были способны слизеринцы.
Гарри же тем временем немного пришел в себя и обнаружил, что он уже вальсирует с Забини прямо посередине Большого зала. Да еще танцует женскую партию. Юноша мысленно застонал, явственно засопел, с возмущением уставившись на Блейза, который продолжал беззаботно улыбаться.
— И что это значит?
— А что тебя не устраивает?
— Зачем ты пригласил меня?
— Разве я не могу просто пожелать танца с тобой? — Забини для верности захлопал ресницами, выражая высшую степень невинности. Гарри на это представление лишь скептически хмыкнул.
— Едва ли. Чего ты добиваешься?
— Сам не догадываешься?
— Нет, поэтому и спрашиваю, — Поттера начал раздражать этот разговор.
— Прискорбно. В любом случае, тебе одного танца, что ли, жалко?
Гарри внимательно всмотрелся в смеющиеся голубые глаза и обреченно вздохнул. Он уже давно понял, что если Блейз с Панси что-то задумали, то мало кто сможет их остановить. Поэтому знал, что выпытать из Забини какой-либо вразумительный ответ у него не получится: все-таки он еще не поднаторел в дипломатических переговорах настолько, чтобы заговорить зубы собеседнику и выведать необходимую ему информацию. Впрочем, Поттер не особенно и расстраивался — ведь у него были Люциус и Северус, которые были мастерами этого дела.
Лучше бы он не погружался в свои размышления настолько глубоко, иначе бы заметил, что одна музыкальная композиция уже закончилась и началась другая. Осознал Гарри это лишь тогда, когда Блейз отстранился только для того, чтобы буквально толкнуть в чьи-то объятия, а затем вытолкнуть обратно на танцевальную площадку.
— Веселитесь, мальчики, — голос у Панси был слишком веселым — явно гадость ближнему устроила. Подняв взгляд и увидев своего партнера на этот танец, Поттер понял, что пакость была явно подстроена для него. Иначе, каким образом он оказался в паре с Малфоем, рядом с которым терял сейчас всякое хладнокровие? Лишь не дюжая выдержка не позволила Гарри с тихим писком сбежать куда-нибудь подальше. Они уже были среди танцующих пар, играл венский вальс, а у Драко выражение лица было не менее ошарашенное. Именно смятение Малфоя позволило Гарри прийти в себя, увереннее обнять юношу за талию и начать двигаться.
«В конечном итоге, чего здесь такого? Подумаешь, потанцуем. В магическом мире подобное является обычным делом. Но… Мерлин, почему так быстро бьется сердце? Почему я не могу ему даже в глаза посмотреть, а лицо заливает краска смущения? Мы ведь друзья… Мордред! Что же он молчит? Пусть хотя бы язвительные комментарии отпускает…»
Поттер все-таки решился посмотреть на Драко и тут же пожалел об этом. Малфой сейчас выглядел таким уязвимым — растерянный и смущенный, он явно сам не знал, как себя вести, вальсируя вместе со своим другом. А на дне серых глаз плескалась тщательно скрываемая радость. Гарри мысленно чертыхнулся, чувствуя, что уже не способен отвести взгляд, будто какая-то сила удерживает его.
«Почему танцуя с Блейзом, я так не нервничал? Понятно было бы, если бы это был мой первый танец с парнем, только вот, вальсируя с Забини, я просто злился, а потом уже воспринимал это как нечто обычное. Сейчас же… сейчас все иначе».
Неосознанно Поттер притянул Драко ближе, заворожено глядя ему в глаза, чувствуя через тонкую ткань тепло чужого тела. Сердце ускорило бег, а дыхание сбилось. Странное волнение завладело всем его существом. Это было одновременно и пыткой, и наслаждением. Хотелось так кружиться по залу вечно. Сейчас все проблемы и волнения отошли на второй план, важен был лишь юноша, который танцевал с ним. Нечто подобное Гарри испытывал во время дуэли с Малфоем, но тогда это не было так сладко.