Драко же казалось, что все осознанные мысли покинули его голову. Остался лишь Поттер, который в панике не оттолкнул его, который, казалось, желал прижать его ближе к себе, который не сводил с него глаз. Вновь внимание Гарри было сосредоточенно на нем одном. От этого было сладко, но одновременно наслаждение портила горечь: когда танец закончится, все встанет обратно на свои места. Все-таки Самайн — волшебный праздник.
Гарри внимательно вглядывался в лицо Малфоя, отстраненно пытаясь понять, почему когда-то считал его похожим на хорька? Неужели Драко так изменился? Или же это просто его собственное восприятие так изменилось? Взгляд мазнул по губам и остановился на них. Юноша нервно облизал собственные губы. Внезапно появилось отчаянное желание поцеловать своего партнера. Гарри уже подался было вперед, как внезапно музыка затихла — танец был окончен.
Сразу же осознание собственного несовершенного еще поступка окатило не хуже ушата холодной воды. Поттер в панике посмотрел на удивленно замершего Драко, а потом резко развернулся и устремился к друзьям. Долго не думая, Гарри тут же пригласил на танец Гермиону, только бы сейчас не видеть Малфоя. Он отчаянно надеялся, что тот не заметил этого глупого порыва. Ведь если Драко станет противно, что он хотел его поцеловать, и их дружба прекратится, Гарри этого не переживет. Сомнения терзали душу, поэтому он смело затолкнул их подальше, решив подумать о своем поведении и желаниях позже, когда будет достаточно времени на собственную жизнь. Сейчас у них и без того хватало хлопот и проблем.
* * *
Смех, веселье, вальсы, пунш, Северное Сияние над головой, пронзительные крики летучих мышей и задорная игра призрачного оркестра. Забыты скорбь, страх и недоброжелательность. Отринуты политические воззрения и факультетская вражда. Дети в кои-то веки стали просто детьми, полностью окунувшимися в атмосферу одного из самых таинственных магических праздников. Никто не замечает туч, постепенно сгущающихся над замком, над Хогсмитом, над Великобританией, обещая в скором времени страшную грозу.
Даже небезызвестная шестерка, которую сегодня ночью ожидают полные опасностей приключения, на время забывает о своих тревогах, вливаясь в поток танцующих и веселящихся однокурсников. Забывает о том, что где-то в далекой шотландской деревушке уже во всю кипит сражение, которое может обернуться поражением или победой для Светлой стороны. Ведь они всего лишь подростки и не в силах постоянно нести на своих плечах груз этих тяжких знаний. Им необходимы передышки, чтобы с новыми силами ринуться на защиту того, что им дорого.
* * *
Холл Малфой-мэнора оглашен эхом нетерпеливых шагов. Люциус, не в состоянии справиться с волнением, заранее выбрался из своего кабинета и уже в течение пятнадцати минут меряет шагами мраморный пол. Он должен прибыть на место проведения ритуала намного раньше, чтобы завершить приготовления и проверить, все ли в порядке. Августа Лонгботтом тоже обещала появиться раньше, чтобы помочь ему или же взять на себя руководящую роль, если что-то пойдет не так. Казалось бы, что может случиться? Ведь Малфой находится у себя дома — в месте, которое защищено чарами, уступающими по силе только хогвартским. И все-таки перестраховаться они решили, потому что всех участников уже долгое время съедала тревога. Маги были уверены — что-то случится. Что-то, что может сорвать все их планы.
Напольные часы натужно кряхтят и начинают бить одиннадцать раз. Снова взглянув на циферблат, Малфой уже собирается выйти на улицу и оттуда аппарировать, но не успевает этого сделать.
Вовремя он сумел отскочить, благо рефлексы хорошие. Дверь с грохотом распахивается, в темном проеме появляется фигура в черном плаще. Люциус даже опешил — вот уж не думал аристократ, что кто-то сможет пробить защиту поместья чистокровной семьи.
— Ну, здравствуй, Лююю-ци, — издевательские интонации с нотками истерики, и все становится ясно. Малфой мысленно помянул Мордреда всеми возможными проклятьями. За обрушившимися хлопотами он неудосужился закрыть доступ в дом своей бывшей жене. Вот ее сестрица этой лазейкой и воспользовалась. — Что же ты так не гостеприимен, м? Неужели не рад видеть свою родственницу?
Женщина резко откинула капюшон и хищно улыбнулась, сделав шутливый пасс волшебной палочкой. Люциус вновь мысленно выругался: было ясно, что без дуэли с этой ненормальной ему из дома просто не выбраться. Значит, придется сражаться.