Ребята переглянулись, отчетливо читая во взгляде друг друга панику. Вот этого они не предусмотрели.
— Мордред раздери, как старик пронюхал про ритуал? — Гарри едва не взвыл от отчаяния. Ведь если они сейчас пойдут в кабинет, то Дамблдор легко сможет взломать их ментальные блоки и узнать про ритуал. Они этого допустить не могли.
— Уизли, — Гермиона непроизвольно скривилась. Мнение о бывшем друге у нее уже давно упало ниже некуда. К тому же девушка замечала мрачные и любопытные взгляды рыжика, направленные в их сторону. «Мерлин, мы же столько раз шептались вместе с Гарри и Невиллом. Не удивительно, что Рон что-то заподозрил. А потом побежал докладывать. Идиот. Его желание выделиться может разрушить все».
— Ладно, идем. Может, по дороге выдумаем какую-нибудь отговорку. Некогда нам сейчас терять время.
— Гарри, а может, ты все-таки не пойдешь к директору?
— Ага, и он ринется искать меня во всех закоулках замка.
Удрученно вздохнув, ребята быстро зашагали к кабинету Дамблдора, на ходу придумывая, как быстрее отвязаться от старика. О том, что директора сейчас вообще не должно быть в Хогвартсе, они не подумали — слишком уж стремительно начали развиваться события. В таких условиях обычно мозг отказывается работать.
— Гарри! — их внезапно догнал какой-то младшекурсник. Было видно, что он очень долго бежал. Ребята встревожено переглянулись.
— Что случилось?
— Там… там… какие-то старшекурсники напали на Малфоя, быстрее!
— Мордред! — в голосе Поттера отчетливо слышалась паника. Вот такой подлости от Судьбы он точно не ожидал. — Герми, иди к директору. Узнай, что ему от нас надо, и скажи, что я занят. Затем… ты знаешь, что делать.
Больше ничего не говоря, Гарри бросился следом за смутно знакомым пареньком, пытаясь вспомнить, где же он его видел раньше. Озарение пришло слишком поздно. «Фишер!».
* * *
Поттер пропал. Банально пропал. Вот еще недавно он вальсировал с Грейнджер, вот часы пробили одиннадцать раз, и толпа озверела. Когда зал опустел, там остались только он (Драко), Блейз, Панси и Лонгботтом, растерянно озирающиеся по сторонам.
— И куда они делись? — голос Малфоя не предвещал ничего хорошего. Он терпеть не мог, когда какие-то договоренности не соблюдались. Гарри, к тому же, весь вечер его избегал. За вальс, который устроил Забини, Драко друга чуть не придушил. Ведь после него Золотой Мальчик исчез в толпе, явно испытав жуткое смущение от того, что его партнером по танцу оказался Малфой. Более того, весь оставшийся вечер Поттер уделял усиленное внимание Грейнджер, а на блондина и вовсе не смотрел. Это ужасно бесило.
Драко еще долго бы злился, как внезапно тишину, наступившую в зале, разорвал сдавленный стон Забини.
— О, нет… Не может же это быть правдой, — Блейз устало опустился на корточки, зарываясь пальцами в волосы, разрушая тем самым идеальную прическу.
— Ты о чем? — Панси была удивлена не меньше, чем Малфой.
— Я думал, это просто кошмары. Так надеялся, что это просто игра моего больного воображения. Что это не проснувшееся наследие.
— Ты что-то видел, да? Чье-то будущее? — удивительно, но первым, кто понял, о чем речь, был Лонгботтом. В конце концов, этот парень раньше всех получил свои силы и прекрасно понимал их природу.
— Блейз? — Драко недобро сощурился. — Ты не хочешь ничего нам рассказать?
— Да тут и рассказывать нечего. Сначала это были просто неясные образы, которые не особенно запоминались. Чем ближе был этот день, тем четче становились картинки. Но это были просто кусочки каких-то действий. Честно говоря, я так и не увидел четкого будущего.
— Но?.. — Панси встревожилась не на шутку.
— Но было ясно одно: многим, кого я знаю, грозит беда, несчастье.
— Смерть? — Малфой побледнел от одной этой мысли, но друг покачал головой.
— Нет, беда. Возможно, беда, из которой они найдут выход. Если все удачно сложится.
— Кто?
— Поттер, твой отец, профессор Снейп, профессор Люпин и, возможно, Блэк.
— Мерлин мой, — Невилл потрясенно выдохнул. — Не зря Гарри, значит, беспокоился о Ремусе.
— Ты что-то знаешь? — в голосе Драко прозвучали ревнивые нотки: ему Поттер ничего об оборотне не рассказал, хотя он и догадывался почему. Все-таки в свое время Малфой слишком уж негативно реагировал на Люпина, и Гарри, скорее всего, не захотел разрушать их дружбу упоминанием этого человека.
— Да. Как всегда, Дамблдор — он послал профессора в стаю оборотней, чтобы тот произвел там переворот и стал вожаком.
— Ты шутишь? Профессор Люпин? Пусть я с ним не особо хорошо знакома, но даже мне ясно, что он слишком мягок для этого, — Панси в который раз испытала неприязнь к директору. Приятно было сознавать, что теперь и гриффиндорцы придерживались этого мнения.