— Так, так, так. Кто это у нас? Профессор Снейп, — Северус недовольно поморщился бы, если не был бы парализован заклятьем. Мальчишка явно пытался подражать Темному Лорду, только выходила какая-то жалкая пародия. «Не время критиковать актерские таланты недоучек», — зельевар медленно выдохнул и постарался сосредоточиться. Сейчас важно успокоиться, и тогда он сможет сбросить с себя заклятие. Оставалось надеяться, что молодые Пожиратели решат произнести пафосную речь, прежде чем приняться за пытки. Дальнейших реплик Снейп уже не слышал.
— Как давно я мечтал увидеть вас, корчащегося от боли, не в состоянии постоять за себя.
Гарри отстраненно подумал, что тут явно собрался клуб ненавистников Мастера Зелий. Скорее всего, эти парни еще несколько лет назад мучились на занятиях по зельеварению, не в силах сварить даже простой лечебный отвар. Поттер не боялся своей участи, нет, на него напало какое-то странное состояние апатии и безразличия ко всему миру. Наверное, столь быстрый крах всех надежд выбил его из колеи. Казалось, буквально несколько мгновений назад они с Гермионой неслись по коридорам Хогвартса, чтобы провести один из самых судьбоносных в истории Англии ритуалов, и вот его уже успел предать гриффиндорец, он сам умудрился подвести профессора, и теперь они обречены испытать самые страшные муки. Было ли его состояние связано с потерей всякой надежды? Нет. Просто все случилось слишком быстро, и Гарри просто не смог адаптироваться к новой ситуации. А ведь до этого как-то умудрялся выкарабкиваться.
Пожиратели Смерти тем временем осыпали Снейпа различными оскорблениями, кружа над пленниками словно коршуны. Скоро у них закончится словарный запас и наступит время действий. Гарри попытался пошевелиться — не получилось.
— Забавно, не так ли, профессор? Теперь вы валяетесь у нас в ногах, и не можете даже просить пощады. Превратности судьбы, — Пожиратель глумливо усмехнулся и с размаху пнул Снейпа в бок, словно забыл о существовании заклинаний. Благо, хруста не послышалось — кости были целы. Северус же постарался не обращать внимания на боль — ему практически удалось сбросить заклятье.
— Тварь, даже поверженный, считает ниже своего достоинства показывать свою боль, — другой Пожиратель с презрением сплюнул на пол, доставая палочку и придумывая заклинание, которое мог бы применить к профессору.
Рик с ужасом наблюдал за разворачивающейся сценой, пользуясь тем, что про него все забыли. Словно в замедленной съемке он наблюдал, как один из незнакомых парней делает пасс палочкой и произносит «Crucio», видимо, не придумав ничего умнее. Профессор выгнулся от боли, но все равно не произнес ни звука, хотя кричать он все равно не смог бы — заклинание парализации не позволяло. Все его усилия пошли прахом — сконцентрироваться, когда тебя пытают, естественно, невозможно. Гарри же словно ударило током — он не мог просто лежать и наблюдать, как дорогой ему человек страдает. Только на что он был способен в подобном состоянии? Да, его многому научили, он далеко продвинулся в постижении Защиты от Темных Искусств, только вот невербальной беспалочковой магии его как-то не удосужились обучить. Нет, с палочкой он освоил некоторые простейшие заклинания и мог их использовать без произнесения формулы заклинания вслух. Но вот без палочки…
— Эй, про Поттера-то мы совсем забыли! — один из Пожирателей подошел ближе к мальчишке, который лежал совсем рядом с профессором. — Что же с ним такое сотворить?
Когда один из мужчин подошел к Гарри и задумчиво поддел носком ботинка его безвольную руку, Фишер внезапно вышел из ступора. Он осознал, что если сейчас не вмешается, то на его совести будут мучения и смерть человека, который его защитил. Мальчик лихорадочно осмотрелся по сторонам, не решаясь двигаться, но никто так и не обращал на него внимания. Он осторожно достал палочку, замер. Удостоверившись, что этого движения никто не заметил, Рик выбрал самого тихого Пожирателя и едва слышно наложил на него «Petrificus». Тот сначала застыл, а потом медленно завалился набок и упал. Этого времени хватило, чтобы обезоружить и обездвижить еще одного Пожирателя, который не ожидал удара в спину. Только вот третий был явно осторожнее двух других — он быстро вскинул палочку. Взгляд у него был страшный — полный ярости и какого-то сумасшествия.