Хотя поиски ритуала уже давно завершились, все участники «заговора» решили, что они скучают по былым посиделкам у Снейпа, поэтому просто в один прекрасный день нагло заявились к нему на порог с кипой интересных книг. Тот сначала опешил, потом как-то по-доброму усмехнулся и пропустил наглецов в гостиную, которая порой казалось ему слишком пустой. Пусть Северус никогда бы в этом не признался, но он сам начал скучать по уютным вечерам, когда рядом собирались его самые любимые студенты. Все-таки за время своей игры в двойного шпиона он изголодался по общению. Тем более радостен был тот факт, что ребята предпочитают обсуждать интересные аспекты магии, а не просто болтать ни о чем.
Была учеба, был Совет Восьми, были посиделки по вечерам, а иногда и просто задушевные беседы с Северусом. А еще было развлечение — наблюдение за тем, как Гермиона претворяет в жизнь план по завоеванию сурового профессора. Это было забавно, потому что Снейп просто наблюдал и насмехался над наивной ученицей, не замечая, как сам в нее влюбляется. А еще Гарри был уверен, что зельевар думает, что чувства Грейнджер — просто блажь, которая со временем пройдет. Не знал он еще эту девушку, иначе бы понял бессмысленность собственных подозрений.
А еще был Драко. Его взгляды, полные каких-то непонятных эмоций. Его резкие перемены настроения, которые иногда сбивали Поттера с толку. И прикосновения. Казалось, Малфой старается прикоснуться к нему при любом удобном случае, но при этом делает это так незаметно и ненавязчиво, что и упрекнуть-то его нечем. Гарри хватило недели, чтобы сложить все составляющие мозаики и, наконец, понять, что же это все значит. Он сам с ужасом понимал, что едва сдерживается, чтобы не накинуться на обаятельного блондина с поцелуями. Почему с ужасом? Да потому, что не знал, готов ли он к серьезным отношениям, ведь его чувства к Драко были слишком сильны, чтобы все закончилось обычной интрижкой. Если они все-таки начнут встречаться, это может принести слишком много волнений — от изменения отношений с близкими людьми, до новых проблем с учениками школы. Ведь в Хогвартсе так много магглорожденных — как они отнесутся к ним?
Увы, времени катастрофически не хватало, поэтому разобраться в себе Гарри не успевал. Он лишь смущенно улыбался и никак не поощрял Малфоя. Тот же терялся, не понимая, как действовать дальше. Поттер не был против его прикосновений, сам с удовольствием устраивался в его объятиях, а иногда взгляд становился таким теплым и нежным, что Драко едва не выл от тоски, что не может получить своего гриффиндорца в полное владение. Он понимал, что его чувства взаимны, как и знал, что Гарри, скорее всего, не готов к новому этапу их взаимоотношений. Ведь они только недавно отвыкли от постоянной вражды. Вновь что-то менять было страшно. Вдруг не получится? Тогда они могли потерять даже ту дружбу, которую умудрились создать. Оба не хотели терять связь, но при этом не были уверены, что смогут мирно жить в качестве пары. План по обольщению Поттера никак не хотел реализовываться.
* * *
Альбус Дамблдор сидел в директорском кресле и устало созерцал экстренный выпуск «Ежедневного Пророка» — Том настолько обезумел, что решился проверить действенность ритуала. Только вместо того, чтобы сделать это самостоятельно, послал своих верных слуг. Тот, кому было приказано убить нескольких магглов, сам умер, так и не произнеся смертельное проклятье. Увы, но один из недавних выпускников Хогвартса лишился магии, из-за того, что пытался применить «Империо» к помощнику министра. Еще несколько человек попали в больницу Святого Мунго, когда пытались похитить родителей Томаса и Финнигана.
Хотя Альбус был уверен, что больше Волдеморт не будет так рисковать своими приспешниками, но он знал: Том так просто не сдастся. Точно придумает, как обойти условия ритуала или же воспользоваться перемирием. Значит, времени не так уж и много — год быстро пролетит.