«Неужели Бродяга не понимает, что заставляет меня сделать непростой выбор? Даже нереальный. Как я могу выбрать между крестным и практически отцом?»
Гарри боялся потерять одного из них, а ведь подобное могло случиться — отказ ли, согласие ли, но одному из взрослых его решение принесет боль. Вопрос был в другом: кому будет больнее?
Пока юный лорд Поттер занимался самобичеванием, его друзья то и дело с беспокойством на него поглядывали. Они знали, что именно гложет Гарри, только не знали, чем могут помочь. Вернее, кто именно больше подойдет на роль утешителя — ведь помочь хотели все, даже слизеринцы. Впрочем, один конкретный представитель змеиного факультета страдал от невозможности утешить своего любимого больше других.
Панси с Блейзом переглянулись и кивнули друг другу, девушка осторожно толкнула Грейнджер, взглядом указывая вперед. Благо Гермиона всегда была сообразительной, поэтому просто подцепила Невилла под локоть и прибавила шагу. Слизеринцы одобрительно усмехнулись и тоже поспешили уйти, оставив влюбленных наедине. Драко, заметивший эти манипуляции, благодарно улыбнулся обернувшемуся Забини и осторожно подошел ближе к Поттеру, который полностью погрузился в собственные мысли. Тот даже не обнаружил, что остальные друзья быстро удаляются в сторону Хогсмита.
Некоторое время пара шла молча: Гарри все еще размышлял, какой выбор ему сделать, а Драко соображал, как бы аккуратно вызволить Поттера из ловушки мыслей и вызвать на откровенный разговор. В голову ничего не приходило. Более того, заснеженная пустая дорога и солнечное утро навевали абсурдные романтические желания, которые только мешали придумать что-нибудь. В конце концов, Малфой не сдержался и осторожно взял Гарри за руку, через тонкую шерсть перчаток, чувствуя тепло его кожи.
Поттер, все больше погружающийся в депрессию, невольно вздрогнул, почувствовав прикосновение, но руку не отдернул, лишь покраснел. «Ведь это не странно, да? Что два парня идут за руку. Нет, все-таки странно, но все же… Не предосудительно? Ведь так?» Юноша искоса взглянул на Драко и тут же напоролся на внимательный, заботливый и испытующий взгляд. Невольно поежился. Иногда Гарри начинало казаться, что Малфой тоже обладает силой эмпата, слишком уж хорошо умел угадывать настроение людей, особенно его.
— Что? — молчать было выше его сил. К тому же он чувствовал, что Драко беспокоится и хочет помочь. Сколько бы раз он ни обещал блондину не считывать его эмоции, но каждый раз это происходило само по себе. Слишком уж часто эмоции, направленные на его скромную персону, были такими сильными, что даже блок не мог их сдержать.
— Может, все-таки расскажешь, отчего третий день старательно изображаешь из себя йога, ушедшего в глубокую медитацию? — даже за язвительным тоном Малфою не удалось скрыть некоторой толики обиды на своего друга. Он-то думал, что теперь Гарри точно не будет сомневаться, стоит ли посвящать его в свои беды. Оказалось, предстоит преодолеть еще множество барьеров, прежде чем Поттер ему доверится полностью.
— Ты ведь и так знаешь, — юноша тяжело вздохнул, утыкаясь носом в теплый шарф и крепче сжимая чужую руку.
— Знаю, но не понимаю твоих метаний, — ответив на пожатие, Драко все так же продолжил внимательно смотреть на Поттера, практически не следя за тем, куда они идут. Гарри тяжело вздохнул.
— Северус.
— О.
Вот тут до Малфоя постепенно начали доходить причины подобных терзаний друга. Ведь тот всегда в первую очередь думал о счастье других, а потом уже о себе самом. Именно это Драко в нем и нравилось, хотя слизеринец просто не мог понять подобного самопожертвования.
— Ты думаешь, что мой крестный отвернется от тебя, если ты согласишься с предложением Блэка?
Гарри лишь покачал головой.
— Боишься, что это причинит ему слишком сильную боль?
В чем была прелесть общения с Малфоем — не было нужды раскладывать все по полочкам, тот и так понимал его с полуслова. Кивнув, Поттер еще глубже зарылся носом в шарф, глядя непосредственно перед собой, не решаясь посмотреть на друга. Тот же задумчиво прикусил губу, уставившись в пространство. Они настолько сосредоточились на беседе друг с другом, что даже не заметили вихря с рыжей шевелюрой, который пронесся мимо, что-то рассерженно прошипев. Правда, Рону хватило ума не вступать в очередное открытое противостояние. К тому же рыжик сам не понял, почему увиденная картинка его так разозлила. Поэтому просто предпочел уйти как можно дальше от этой парочки.