Беседа протекала неспешно и очень трудно. Герцоги явно испытывали юного героя на выдержку. Двусмысленные фразы, провокации, скрытые насмешки и сарказм сыпались из их уст без остановки. Поттер благодарил Мерлина и Моргану за то, что у него иммунитет к подобным заковыркам — сказывался опыт общения с Люциусом и Северусом. И все равно ему было неуютно. Лишь когда к ним осмелился подойти Драко, юноша почувствовал себя более уверенно.
Тут же разговор свернул с нейтральных тем на политическое положение в Великобритании. Малфою-младшему практически не давали слова, все время обращаясь лишь к Гарри. Тому такое отношение не нравилось, он через силу заставлял себя улыбаться, отвечая туманными фразами. Хотя все-таки не сдержался, выдав целую речь, обличающую политику Волдеморта.
— Вы критикуете Темного Лорда, вы не считаетесь с мнением Дамблдора, — задумчиво протянул д’Ампуи, молодой мужчина лет двадцати с удивительными светлыми глазами, в которых не отражалось ничего, кроме бликов света. — Что же вы можете предложить взамен?
Гарри растерялся. Такого вопроса он никак не ожидал. Никогда не задумывался над тем, что будет после того, как Темный Лорд сгинет. У него была лишь одна задача — уничтожить этого монстра. О будущем на политическом поприще юноша никогда и не мечтал. После изнурительного противостояния ему хотелось лишь спокойствия и семейного тепла. Только вот европейцы явно воспринимали его как одного из идейных лидеров оппозиции Темному Лорду. Был ли у него какой-то план? Какие-то идеи? Что-то — определенно да, но не больше.
— Видите ли, герцог, — Драко решил вмешаться, чувствуя растерянность своего любимого, хотя тот оставался внешне спокойным. — Пока мы только набираем верных соратников, костяк, так сказать. У нас есть кое-какие проекты, но выдвигать целостную концепцию развития страны мы пока не спешим, так как хотим сначала выслушать мнения тех, кто не согласен с политикой Волдеморта и Дамблдора.
Гарри благодарно сжал руку любимого. Герцог же недовольно нахмурился, сверля неприязненным взглядом нахала, посмевшего вмешаться в чужую беседу.
Внезапно на сцену с оркестром вышел Дамблдор и объявил начало танцевальной части бала. Юноши облегченно вздохнули, спешно попрощались с герцогами и постарались скрыться с их глаз. Конец разговора повис в воздухе, оставив в душе Гарри неприятный осадок. Ведь они действительно не думали над тем, что могут предложить жителям их страны. Стремились победить идеологию своих оппонентов и только. Чем они тогда были лучше того же Волдеморта, стремившегося победить магглов? Он ведь тоже предлагал уничтожить прежний порядок, но о новом ни слова не говорил. Возможно, даже не задумывался.
«Пойдут ли за нами люди, если мы не можем внятно сказать, чего же мы хотим? Какое будущее видим для магического мира? Ведь Риддл умеет слагать красивые речи. Наобещает аристократам неземную власть, а те и поведутся. Мы же пока предлагали только противостояние идеям Волдеморта… Станут ли нас слушать? Что-то я сомневаюсь».
Гарри отчетливо понимал, что эту словесную дуэль он проиграл. Герцоги оказались слишком опасными противниками.
Глава 40. Балы и словесные поединки
Музыка с тихой и ненавязчивой сменилась на громкую и ритмичную. Бал был открыт, а гости устремились на середину зала, чтобы продемонстрировать свои танцевальные таланты.
Однако были в этом зале те, кого мало волновало искусство красиво двигаться. Их мысли занимали другие, более серьезные и глобальные проблемы. Альбус Дамблдор изменил своей традиции приглашать на танец Минерву или мадам Максим. Он прекрасно видел, как нелегко было Гарри общаться с тремя герцогами, которые налетели на него словно коршуны на добычу. В отличие от молодого человека директор прекрасно понимал, что в плане по противостоянию Темному Лорду у новой третьей стороны слишком много недочетов, которые следует в ближайшее время устранить. Альбус хотел помочь своим ученикам, чтобы хоть как-то искупить вину за собственные ошибки.
Лорд Малфой и лорд Блэк тоже отметили факт разговора трех герцогов с Гарри Поттером. Увы, они не знали его содержания, а подойти сейчас к паре юных магов не могли. Поэтому приходилось просто выполнять свою задачу — завлекать нейтральных волшебников на свою сторону. Вернее, не дать этим самым волшебникам купиться на сладкие речи Волдеморта.
Северуса Снейпа сейчас не волновали никакие мировые проблемы. Он даже не заметил, что его сын испытывает трудности, так как все его внимание было уделено одной юной ведьмочке, которая ласково улыбалась суровому болгарину, бессовестно позволяя тому лапать себя за талию.