Уизли побагровел от злости, но ничего не ответил: он пристально следил за столом слизеринцев, которые сегодня как-то слишком нахально усмехались. Сейчас ему было не до разборок с другом — нужно было не упустить момент, когда все гадюки выпьют сок.
— Гарри с утра было плохо, поэтому он направился в больничное крыло, — вместо друга ответила Гермиона. Симус лишь презрительно хмыкнул.
— О, вот и адвокат Поттера. И что же, у нашего героя разболелась голова?
— Ты сам прекрасно знаешь, Симус, что Вол… Волдеморт иногда насылает на Гарри сильнейшие боли, — Гермиона говорила тихо, так, чтобы услышали только сидящие рядом ученики. Ей повезло, что это оказались их однокурсники. Симус тут же побледнел и замолк. Да, он еще помнил, как в прошлом году их разбудили дикие крики Поттера, и никто ничего не мог сделать, чтобы ему помочь. На какое-то время Грейнджер удалось пристыдить ирландца.
— Сейчас! — Рон возбужденно сжал ладонь Гермионы, возвращая себе ее внимание. И тихо-тихо прошептал заклинание активации. Девушка тоже не сидела без дела: она переносила написанные на бумаге слова в воздух, и те загорались огненными буквами — это было усовершенствованное заклинание, которое когда-то использовал Риддл в Тайной Комнате.
Еще минуту ничего не происходило, а потом все разом повернулись в сторону слизеринского стола, ученики которого стали внезапно меняться.
Глава 14. Возмездие
— Да уж, Поттер продолжает нас удивлять, — Блейз задумчиво покачал головой, обдумывая ситуацию. Друзья только что закончили свой рассказ и теперь заказывали завтрак на пятерых. Грег с Винсом сидели понурые — они ничего не знали о нападении, а вчера вечером задержались, совершая очередной набег на кухню.
— Мы… это… Дрейк…
— Мы теперь везде…
— Вместе с тобой ходить будем.
Иногда Блейзу казалось, что эти головорезы — братья-близнецы. Слишком уж их манера речи напоминала рыжих Уизли. Только последние поумнее были.
— Прямо везде? — Драко насмешливо приподнял бровь. Он сомневался, что наличие верных телохранителей ему поможет. К тому же что-то подсказывало ему, что из-за нагоняя Снейпа еще долго никто не осмелится на него напасть. Да и Поттер что-то задумал.
— Ага! — друзья-верзилы смотрели уверенно и упрямо. Малфою оставалось лишь вздохнуть и махнуть рукой. Порой он не понимал, чем заслужил столь вассальную преданность этих двоих. Ведь отцы их были намного своенравнее, хотя умом тоже не блистали.
— Вам не кажется, что поведение Поттера несколько странное? — внезапно спросил Блейз. Вернее, для случайного слушателя этот вопрос звучал именно так. Драко с Панси уже привыкли к склонности друга тщательно анализировать ситуацию, а потом наводить друзей на определенные выводы.
— По-моему, «странное» — не самое верное описание всего балагана, который был устроен, — слизеринка недовольно фыркнула. Малфой лишь нахмурился.
— К чему ты клонишь?
— К тому, что все эти поступки не вписываются в рамки поведения знакомого нам Поттера, — Забини задумчиво повозил ложной по каше, которая минуту назад появилась перед ним.
— Хочешь сказать, что это все-таки не Поттер? — Драко удивленно вскинул брови. Нет, он, конечно, и сам бы удивлен поведением чертова гриффиндорца. Его поразило даже не чрезмерное благородство по отношению к своей персоне, а та власть, что звучала в голосе Золотого Мальчика, когда он буквально приказывал всей школе принять перемирие между факультетами. Куда делся вечно смущающийся мальчишка, который краснел всякий раз, как оказывался в центре внимания? С каких пор Поттер решил вмешаться в политику школы? Ведь раньше он предоставлял директору решать все проблемы. Если с кем он и спорил, то со Снейпом.
«Блейз прав. Слишком много отличий от Поттера в прошлом году. Хотя… Он же сказал, что его крестного убили». Вспомнив взгляд гриффиндорца, когда тот говорил об этом, Драко невольно вздрогнул — столько ненависти было в зеленых глазах. Если бы Малфой не считал тетушку Беллу безумной фанатичкой, то даже пожалел бы ее.
— Это один вариант.
— А второй?
— Что-то изменилось этим летом. И Поттер изменился. Так сказать, повзрослел.
— Думаешь, кто-то разбил Золотому Мальчику розовые очки? — Панси удивленно уставилась на Блейза. Тот всегда был мозгом всех их задумок, поэтому выводы, которые он делал, обычно оказывались верными. Только все-таки не верилось девушке, что наивный гриффиндорец наконец прозрел. Даже того показательного выступления слизеринке не хватило, чтобы поверить в это.
— Не знаю. Мы слишком мало знаем о нем, чтобы что-то говорить наверняка. Это при маниакальной привычке Драко за ним следить, — Забини весело усмехнулся, но тут же болезненно поморщился. Все-таки повреждения еще давали о себе знать. Мадам Помфри словно почувствовала состояние своего пациента, потому что сразу вышла из кабинета с несколькими флакончиками зелий.