— Поттер, это была… неплохая дуэль. Ты оказался достойным соперником, — совсем уж неуверенно блондин протянул руку. Брюнет, не думая, ее пожал.
— Да, ты тоже, Малфой.
Около них раздались потрясенные вздохи, а аристократу пришлось приложить все усилия, чтобы не заулыбаться во весь рот. На радостях Малфой даже не заметил, что его извечный соперник совершенно измучен. Ученики начали медленно покидать кабинет.
— Поттер! Задержитесь.
Ободряюще кивнув обеспокоенным друзьям, Гарри медленно поплелся к преподавательскому столу. Как только за последним учеником закрылась дверь, юноша облегченно рухнул в созданное для него кресло. Практически тут же к его губам приставили флакончик. Поттер послушно выпил восстанавливающее зелье.
— Вы прекрасно держались, — Северус потрепал мальчику по волосам, лишь затем вернулся на свое место.
— Спасибо, — Гарри даже не стал напрягать связки, и говорил еле слышно. «Все-таки не стоило выкладываться на полную в этой дуэли, да еще и после встречи с Дамблдором».
— Однако, вы не показали всего, на что действительно способны. Это из-за наследия? — Северус предупредительно подождал, пока зелье начнет действовать, лишь потом перешел к вопросам. Смотреть на измотанного ребенка было больно. Ведь летом Поттер мог резво скакать даже после поединка с Блэком и Люциусом. Просто те всегда прекрасно сдерживали свои эмоции, да и лишних зрителей никогда не было. Сейчас же юноша едва смог победить в учебной дуэли с Драко, который был намного слабее.
— Отчасти. Просто еще этот разговор с Дамблдором… — Гарри устало вздохнул и потер виски. Вновь начинала болеть голова, к тому же он был расстроен, что так и не смог продемонстрировать профессору результаты своих трудов. Юноша достал мазь, которую взял у мадам Помфри, и задумчиво покрутил ее в руках.
— Что хотел директор? — он даже и не подумал скрыть нотки беспокойства в голосе: знал, что мальчишке необходимо проявление заботы. Раз уж Блэка поблизости нет, Снейп заставит Гарри поделиться с ним проблемам. Ведь уже давно их трио (Люц, Сириус и он) решило, что не бросят подростка одного. Какие бы трудности у того не возникли, Северус постарается помочь.
— Узнать, не я ли затеял весь этот сыр-бор со слизеринцами, — Поттер весело усмехнулся, вспомнив фото, которое ему подарил Колин. Украдкой взглянув на профессора, Гарри увидел, что уголки губ его тоже дрогнули в улыбке. Ему стало немного легче оттого, что Снейп оценил затею. Пусть даже вслух этого не скажет — он все-таки преподаватель. Только вот все чаще им не нужны были слова, чтобы понимать определенные вещи.
— И что он узнал?
— Практически ничего. Я ведь был в больничном крыле, — юноша победно сверкнул глазами, и Северус невольно фыркнул. Порой этот мальчишка все-таки становился самонадеянным гриффиндорцем. Практически сразу зельевар нахмурился. Он слишком хорошо знал Альбуса, чтобы поверить, что тот легко попался на удочку подростка. «Директор ничего не сказал Поттеру. Значит ли это, что в ближайшее время он что-нибудь предпримет, чтобы пресечь самоуправство мальчишки? Надо будет понаблюдать за профессором».
— Будьте осторожны, Поттер. Дамблдор — это не группа семикурсников. Его не так-то легко обвести вокруг пальца, — совет получился больше похожим на приказ, но Северус ничего не мог с этим поделать — он слишком переживал за мальчишку, поэтому хотел предостеречь его.
— Я знаю, сэр, — Гарри как-то сразу поник. С ним вновь разговаривали, как с несмышленым ребенком. Тут же вспомнилась его неудачная дуэль, после которой он выглядел, как жертва стала гиппогрифов.
— Что еще стряслось, Поттер? — естественно, что от Мастера Зелий не укрылась столь резкая перемена настроения.
— Ничего, — Гарри недовольно насупился и отвернулся. Он понимал, что ведет себя, как ребенок, но на него столько всего навалилось за эти два дня, что хотелось ласки и заботы, чтобы его побаловали. Он вновь повертел в руках баночку с мазью, открыл ее и понюхал. Боль в висках не ушла.
— Поттер, — нотки нетерпения в голосе, но при этом тон неожиданно мягкий, словно позволяющий не сдерживаться и не строить из себя всесильного героя или мученика. И Гарри не выдержал.
— Я выглядел очень жалким во время поединка? — и зеленые глаза смотрят почти отчаянно. Тяжелый вздох. Северус встает со своего места, подходит к юноше, выхватывает баночку и осторожно присаживается на подлокотник кресла.