– Черт, Кхан, вы и есть явление природы. В каком-то смысле.
Кхан перевел взгляд на Джима, и Джим почувствовал, что краснеет.
– Боунс, давай поговорим об этом позже. Ты перетрудился и…
– Джим, я сам доктор и прекрасно понимаю, в каком я состоянии. В нормальном. Но в очень злом, что ни ты, ни твое Темное Светило меня не слушаете.
– Доктор, теперь вы меня еще и поэтически к луне с солнцем приравниваете? Я польщен.
– Кхан, вашу… Кхан, вычеркните из вашего уравнения по коррекции незаконченной телепортации все то, что дает черная дыра. Что получится?
– Так, капитан, – Кхан встал, – разговор лучше закончить прямо сейчас. Продолжим завтра. У вас и без видеосвязи проблем немало.
– Не думаю, что это разумно, – произнес Спок, прежде молча наблюдавший за дискуссией, – мне кажется, я уловил общую идею доктора Маккоя, хоть она и кажется мне несколько странной. Маккой, я попытаюсь переформулировать ваши слова, если вы не против.
– Не против, – уныло ответил Боунс.
– Не понял, при чем тут ваше уравнение, Кхан, но в остальном теория доктора Маккоя кажется мне такой: никаких серьезных разработок по генной инженерии не существовало, но по какой-то нерациональной причине пятнадцать лет опыты проходили удачно. Потом что-то изменилось, и их прекратили. Поскольку никаких весомых наработок не было, результатами суда воспользовались для того, чтобы закрыть проект окончательно и объявить наработку уничтоженными.
Кхан удивленно приподнял брови:
– И вы в это верите, командор Спок?
– Я верю, что если у доктора Маккоя возникла странная теория, для этого были веские причины.
– Стоп! Боунс, ты считаешь, что в тех опытах был какой-то внешний фактор, какое-то явление природы, которое повлияло на их результат, но которое невозможно повторить в лабораторных условиях?
– Именно. Это же очевидно.
– Предположим, – Кхан потер лоб ладонью, – но пока нет точной привязки к внешнему фактору, все это фантастические домыслы.
Боунс хмыкнул.
– Привязка есть. Если проанализировать зависимость уровня регенерации и прочих особенностей организма от времени рождения, получается весьма любопытная кривая. Я бы сказал, что это парабола, но искаженная всплеском при приближении к ее оси симметрии и, полагаю, резким гашением по краям. В год проводили по пять опытов. Пять человек было до вас – их уровень плавно возрастал с каждым опытом. Потом был всплеск – вы. Потом плавно шло по убывающей. Если бы технология существовала, то либо попытались бы повторить всплеск, либо хотя бы не мирились с постоянным ухудшением результата.
Кхан пожал плечами:
– Мы не знаем, на чем именно фокусировались исследователи. Четкая разница в показателях проявлялась уже в подростковом возрасте.
– Но проект закрыли приблизительно через полгода после рождения Дугласа. И в течение этого полугода новых генномодифицированных детей не было – если верить официальным данным. Хотя прежде опыты проводились с шагом в два-два с половиной месяца. То есть вполне вероятно, что проект заморозили после трех неудач, когда стало ясно, что больше ничего сделать не могут, но подвели под это псевдонаучную базу. А когда смогли – уничтожили все данные, которые доказывали отсутствие технологии.
– И вы хотите рассказать эту милую сказку своему командованию?
– Если вы не против. Но я бы добавил к этой «сказке» пару иллюстраций – анализ некоторых астрономических явлений за тот период. Кривая вырисовывается четко, все совпадает. Какие бы опыты не проводились в той лаборатории, одной компонентой случайно стали именно эти астрономические явления. Они сошли на нет – сошли на нет и результаты. Это не технология. Это просто случайность. Вас всех не создали. Вы именно что случились. И повторить это невозможно.
========== Часть 16 ==========
Когда Кхан попросил прислать ему все расчеты Боунса, тот стал ворчать, что он же врач, а не астроном, поэтому весь анализ сделан именно с медицинской точки зрения, а объяснять странности астрономических явлений не по его части. Это и решило дело - Джим вызвался заняться этим лично. В конце концов, это и к его теме диссертации в Академии близко, и ничем другим он сейчас толком заняться не может. Он был уверен, что это будет занудной работой, как типовой учебный расчет, которые он терпеть не мог, но и это лучше, чем вовсе ничего не делать.
Неожиданности начались с первых же страниц. Боунс анализировал данные восьмидесяти восьми людей. Опечатка? В команде Кхана было восемьдесят четыре человека, троих убил Маркус, в живых осталось восемьдесят и сам Кхан. Откуда еще четверо?! Все прояснилось, когда он стал листать распечатки данных, которые прислал Кхан: напротив четырех имен была пометка “погиб при исполнении, десятого апреля тысяча девятьсот девяносто шестого года”. Чуть меньше, чем за год до трибунала. Не то что бы Джим считал людей Кхана полностью неуязвимыми, но и не думал до сих пор, что капитан тоже кого-то терял еще до случая с Маркусом. А потери все же были. Что же за операция это была, из которой не вся команда вышла живой? Кого они спасали, с кем сражались?
Он запросил из архива данные о той операции и стал читать дальше, об аномалиях в конце шестидесятых двадцатого века. Джим просматривал наброски Боунса уже третий раз подряд, но никак мог отделаться от мысли, что что-то упустил. Что-то очевидное и очень простое. Он уже где-то видел подобные искажения, очень похожие энергетические всплески, только теперь в общей картине то ли не хватало чего-то важного, ключевого, то ли же было нечто лишнее. Может, посоветоваться с Ухурой или Споком? Если он не ошибается, если с чем-то подобным “Энтерпрайз” уже сталкивался, то они могли запомнить. У Спока потрясающе хорошая память, он же вулканец. Вулканец.
Джим тихо выругался и снова пролистал записи Боунса. Так и есть. Совпадение слишком очевидно, чтобы быть просто случайностью. Только все данные идут в неверной последовательности, словно задом наперед и…
Тихо пискнула почтовая програма – пришел ответ из архива. Рапорт в пару страниц за подписью Кхана. Беглого взгляда на который достаточно, чтобы понять: Кхан не мог не знать, с чем он тогда столкнулся. Теперешний – точно не мог. Он был слишком хорошо осведомлен о прошлом Спока да и самого Джима, чтобы… чтобы не сложить два и два. Проклятье! Джим сгреб распечатки, схватил планшет с расчетами и поспешил на мостик – у Спока меньше чем через час запланировано очередное обсуждение с ЭБ17, нужно успеть переговорить до этого.
– Ты нашел нестыковку в расчетах Маккоя? – спросил вулканец, едва увидев Джима. – Что-то серьезное?
– Скорее, в наших расчетах. Смотри сам, – он протянул Споку архивную распечатку, – это рапорт Кхана. А это, – он кивнул на планшет, – сравнение трех космических бурь. Если откинуть уровень их мощности и последовательность некоторых вспышек, то они практически идентичны.
Вулканец читал внимательно, то и дело сравнивая один документ с другим, потом покачал головой:
– Наверное, мне нужно будет показать это мистеру Споку. Ему будет важно об этом узнать. В его мире Вулкан уцелел, но три века назад были евгенические войны, унесшие миллионы жизней. В нашем мире Вулкан погиб, но зато не было тех войн. Он и сам это знает, но вряд ли связал воедино. Хотя это это логично – если история у миров разная, то и развилка должна была случиться раньше. Судя по всему – в шестидесятых годах двадцатого века.
– Капитан, – прервал их разговор Сулу, – я начинаю устанавливать связь? По плану соединение должно быть через минуту.
– Устанавливайте, – хмуро кивнул Джим. – Спасибо, что напомнили, Сулу. Спок, я его придушить готов. Он же знал!
– Что именно? Точку развилки? Вряд ли. А остальное не так уж и важно.
– Капитан, база на связи, – отчеканил Сулу, но Джим только отмахнулся:
– Как же не важно?! Спок, неужели ты не понимаешь, что Кхан все знал про корабль и…