Наташа сидела в кресле и смотрела на соцветия ярко-красной и сочно — фиолетовой герани. Около кустов летал здоровенный шмель, но все не решался сесть на какой-либо цветок.
Где-то вдалеке запела труба, чей глубокий звук разлетелся над всем лесным массивом, отозвавшись в нем эхом. Музыка была печальной, задумчивой и короткой. После чего все замолчало. Не стало слышно плеска воды и шербуршания в цветнике. И шмель жужжа, вылетел в окно. Этот звук призывал всех ко сну.
Видеор медленно прошел в сторону кровати, пожелав Наташе спокойной ночи, и лег.
— Спокойной ночи, — в ответ тихо произнесла Наташа.
Тяжело вздохнув, девушка прошла к своей кровати. Как она устала, сколько она пережила. Как хотелось быстрее улечься в постель. Там на атласной простыне лежала ее ночная рубашка, напоминающая сверкающую ледяную гладь. Девушка машинально посмотрела на себя. Сейчас она походила на героиню из фентезийных романов. Невольно она взяла небольшое зеркальце с тумбочки и посмотрела на себя. Еще днем Видеор восторгался ее красотой, но для себя она так и останется гадким утенком. В ее мире восхищаются совсем иной красотой. Нет, она не красива, хоть во что ее наряди, зато у нее много других качеств.
Она переоделась, легла и не заметила, как сразу же заснула.
Жизнерадостные звуки трубы, барабанов и свирели раздавались каждое утро, взывая к пробуждению. Светлые девы в бледно-розовых одеяниях проплывали на ладьях с запряженными лебедями. Это они возвещали начало нового дня в Лукоморье, а отголоски их музыки разлетались во все концы. «Просыпайся! Новый день настал» — взывала игра свирели и бойкий гул барабанов. С игрой воздушных дев просыпалось и солнышко. А когда золотой диск водружался над верхушками елей, музыка стихла.
Наташа сидела, не двигаясь, пока не закончилась игра невидимых музыкантов, а потом встала с постели и стала одеваться. Походный плащ она предпочитала пока не надевать, и он покоился в ногах на кровати.
Видеор еще ворочался в своей постели.
— Ох. Ты уже встала, — раздалось с его стороны. Сонный лесовик сидел в постели и потирал глаза.
1Вастычинь — встречающая солнце.
— С добрым утром, меня разбудила музыка.
— Да, Благиня предупреждала, что вилы встречают и провожают день, но я сплю как убитый, и не слышу посторонних звуков. У меня свои часы дни и ночи.
— А я всегда чутко спала.
— Эх…, - лесовик откинул одеяло. На удивление, он мгновенно оделся и подошел к окну, — сегодня погода будет ясная, это хорошо зерно в колосе будет крупное.
Наташа непонимающе посмотрела на Видеора. Ее удивляли его заметки о природе. Так и вертелось на языке: Ну откуда ты знаешь? Но вслух ничего не произнесла. Зато лесовик, как будто прочитал ее мысли и ответил:
— Эх, люди не обращаете внимания на праздники. А знаешь сегодня какой день, — изрек Видеор с важным видом, — нет? День Дорофея. Не мудрен сон на Дорофея, а вещий, да сон-траву нашел — покой к тебе пришел.
— Не знала такого дня.
— Не мудрено. Хороший мне сон приснился, вот к чему я, — ответил Видеор, поглаживая бородку. Его сощуренные глазки светились, также как и улыбка из под пушистой рыжей бороды, которая отросла за время их недолгого похода.
Через некоторое время к ним зашел слуга и проводил в комнату, где вчера ужинали. В кресле около окна, сидела Благиня, и вышивала. На сей раз она оторвалась от своей работы.
— Доброе утро.
— Доброе утро, мои дорогие гости. Садитесь к столу. У меня для вас хорошая новость, сегодня к полудню вы отправитесь в путь. Дран уже ждет. Ваши вещи соберут, можете не беспокоиться.
И правда, после завтрака, в зал зашли двое крепких мужей, ни как не походивших на юношей, которые прислуживали за столом. Это был совсем иной народ — озерный. И роднило всех их только светло-голубые, водянистые глаза, да малиновые губы. У одного из них в руках был рюкзак Видеора и небольшой сверток.
Когда солнце стояло ровно над лесов Благиня вывела своих гостей на улицу, к пруду около которого вчера Наташа повстречалась со Здеярой. Справа в воде лежал огромный плоский камень, на котором сидели пять русалок. Они печально смотрели в воду и причесывали свои распущенные волосы, которые очень сильно напоминали водоросли, не только цветом. В их волосах запутались маленькие палочки, листики и бог, знает что еще.