— Мы будем ждать маму вместе, — спросила она, уткнувшись в плечо Добровита. Тот не понял, был ли это вопрос, но он кивнул в ответ и тоже не мог удержаться, чтобы не заплакать.
Молнезар не хотел мешать им, и вышел на улицу. Был по-настоящему теплый день. Солнце палило так, что альв распахнул полы плаща. Желанный ветер не принес прохлады. Но это альва волновало меньше всего. Сейчас он задавался другим вопросом. В его организме что-то случилось, какая-то часть его души замерла, перестала воспринимать этот мир. Сев на небольшой пенек, что около наковальни, альв обхватил голову руками и уткнулся в колени лицом. Он чувствовал что его организм готовится к чему-то.
«К чему? Что должно со мной произойти» — думал Молнезар. Он много прочитал книг и помнил о такой особенности организма альвов и актов, как отстраняться от того, что в действительности не имеет особого значения. Освобождать душевное пространство для важного, что случиться в недолгом будующем.
«О Великий Перун, что же меня ждет. Что еще?»
— Эй, с вами все хорошо?
Молнезар вздрогнул и поднял голову. Голос был знакомый. Перед ним стояла альвина, та самая, которая направила его сюда.
— Что вы тут делаете?
— Просто гуляю.
Но альв не поверил ей, и прищурившись огляделся. А что если это черный милорд подослал ее сюда. Кто знает какие предатели Светлокрая в его свите.
— Я рада, что вы нашли его. Это тот, кто вам нужен?
— Да, — отозвался Молнезар, явно не желающий разговаривать. Ему нравилась эта альвина, но кто она такая и почему проследовала за ним, заставляло относиться к ней настороженно.
— Извините, я не думала вам помешать, — отозвалась та, и повернулась чтобы уйти.
— Вы не мешаете.
Молнезар удивился своим словам. Он смущался не меньше ее, но хотел чтобы она была рядом. Чувство благодарности и наслаждения ее красотой заполнили те пустые отмершие места в его душе.
— Я, Звездана, — представилась альвина и склонила голову.
— Молнезар, сын…Просто называй меня Молнезар, — спохватился альв, вскакивая с места.
— Молнезар, не хотите жасминового чая?
Альв обернулся на дверь. Вряд ли его там ждут. Ведь когда оттуда выходил ни Ича, ни Добровит не заметили что происходит вокруг них, а только плакали. Да им, о многом надо поговорить.
Альв кивнул. Взяв коня под узды, они немного прошлись по улице. А потом Молнезар помог залезть Звездане и вскочил сам.
В доме Звезданы было очень уютно. Как давно он не видел альвийских домов, с безупречным вкусом. На столе и подоконнике стояли горшки с карликовыми розами. Невысокие цветы компенсировали рост дивным ароматом, которым, казалось, пропахли все вещи в доме.
Альву был предложен стул.
— Вы живете одна?
— Да. Мои родители умерли еще в прошлом году.
— Извините…
— Спасибо. Я в порядке.
Девушка кивнула и улыбнувшись, скрылась в проходе, откуда через несколько минут показалась с подносом. От пузатого чайника шел пар и запах жасмина. В кружках с изящными ручками лежали по два кусочка сахара.
— Вы родственник Добровита? — спросила она, разливая чай по чашкам.
— Что? Нет. Приятель.
— А девочка?
— Тоже, — улыбаясь, ответил Молнезар. Ничего странного нет, что девушка просто интересуется почему он здесь, но вот только почему же его все это настораживает? Альв постоянно ожидал, что из-за массивного дивана или коридора выпрыгнет черный милорд или его приспешники и застанут его врасплох. Такого он допустить не мог, а потому серьезно наблюдал за всем, что происходит в комнате. Он даже немного развернулся на стуле, чтобы ему лучше был виден вход.
— Ладно, не буду мучить вас расспросами.
Чай они допили молча. Пока альвина убирала со стола, Молнезар почти не шевелился и сидел на стуле, поглядывая то на дверь, то на окно. В дверях в очередной раз появилась альвина, прислонившись к косяку виском, посмотрела на альва долгим задумчивым взглядом.
— Если хотите, можете заночевать у меня. Я не против, — при этих словах Звездана посмотрела прямо в глаза Молнезара, отчего тот смутился и первый отвел взгляд. Но лучистые с зеленоватым отливом глаза застыли у него в сердце.
Солнце уже докатилось до горизонта и скрывалась за кромкой леса, когда Звездана стелила шелковые простыни на единственную постель в комнате.
Молодая альвина стояла на пороге и смотрела вдаль, на полоску леса, которая проглядывала между крышами домов, а потом перевела взгляд себе под ноги. Там переминалось с ноги на ногу маленькое существо. Кожа сухая, шершавая, словно кора лиственницы, или дуба. Глаза темные, глубокого синего цвета. Узловатые длинные пальцы с заостренными ногтями теребили подол юбки, или того, что походило на юбку. Впалая грудь часто вздымалась. Переведя дух, друд ответил: