— Поэтому ваш брат и мисс Грейнджер… — собственный голос показался вдруг чужим и каким-то мертвым.
— Да, они отчасти винят вас в смерти Гарри. Знаете, мы ведь были уверены, что вы в курсе о его чувствах.
— Я не… — Северус прочистил горло. — Он никогда не говорил мне… мне даже в голову не могло прийти, что он мог…
— Я подозревала, что ему не хватит решимости, — грустно сказала Джинни, а затем, будто вспомнив, добавила: — Но он, кажется, собирался написать вам письмо. Вы его не получали?
Снейп ощутил липкий холод в груди. Он помнил конверт, подписанный чудовищным почерком Поттера. Конверт, который он так и не открыл.
— Я его не читал.
— Понятно, — Джинни, казалось, не удивилась. — Знаете, я вас не осуждаю. И Рон с Гермионой в глубине души тоже понимают, что если и винить кого-то, что не помогли, не поддержали, не уберегли, то только нас. Ведь это мы были его друзьями, а вы… В конце концов, вы не давали Гарри ни единого повода рассчитывать на взаимность. И уж тем более не были обязаны соответствовать тому идеальному образу, который он себе придумал, — она снова посмотрела ему в глаза. — Я рассказала вам все это только потому, что знаю, насколько вы были ему дороги. И мне кажется, Гарри хотел бы, чтобы вы узнали об этом. Хотя бы теперь. Всего вам доброго, профессор Снейп.
И она, отвернувшись, пошла прочь от залитого солнечными лучами небольшого озера, оставив Северуса смотреть ей вслед остановившимся взглядом.
========== Глава 12 ==========
— Проф? — взгляд зеленых глаз был настороженным. — Вы в порядке? А то уж больно на утопленника смахиваете…
— Я, кажется, говорил вам, что ваши фамильярные обращения ко мне неуместны, мисс Уоррен! — яда в ледяном голосе было столько, что можно было перетравить половину Америки, но Лили, похоже, ничуть не впечатлилась.
— Ой-ой, простите-извините, больше не буду, ваше устрашающее величество, мистер Снейп-сэр! — тоненьким голоском пропищала она, явно пародируя какого-то домовика.
Северус шумно втянул воздух, с трудом подавив желание проклясть чертову девчонку на месте, а затем, резко развернувшись, черным вихрем взлетел по лестнице на второй этаж.
Устраивать словесные дуэли с малолетней нахалкой не было ни желания, ни внутренних сил. А уж выдумывать причины, по которым он вернулся к очередному сеансу злым и разбитым — тем более.
Сейчас ему до судороги, до красных пятен под веками хотелось только одного — увидеть Поттера. Живого. Чтобы убедиться, что все еще можно исправить, что он смог его спасти, успел. Чтобы снова почувствовать его ласковую, радостную магию, способную прогнать из глубин души глухую боль и горечь, которыми был насквозь пропитан рассказ Джинни Уизли.
Скрипучая дверь распахнулась, едва не слетев с петель, и на Снейпа обрушилось оглушительное, опьяняющее облегчение. Иррациональный страх, поселившийся внутри, развеялся без следа.
Живой. Почти здоровый. Невозможный, глупый мальчишка с дурным гриффиндорским благородством вместо мозгов. Страшно хотелось наорать на него, встряхнуть хорошенько, чтобы вытрясти всю дурь из растрепанной головы, а еще лучше запереть куда-нибудь в надежный сейф, где он точно будет в безопасности и не сможет больше никому мотать нервы.
Но вместо этого Северус лишь бесшумно подошел к кровати, вглядываясь в безмятежное лицо, на которое постепенно возвращались краски, и сел рядом. Теплая, слегка мозолистая рука привычно скользнула в ладонь, магический вихрь уколол тысячами искр…
А перед глазами невольно замелькали картинки из прошлого.
Разгромленная детская, мертвая Лили, малыш, заходящийся плачем в кроватке, на которого нет сил даже взглянуть… Болезненные спазмы, сжимающие горло, душащее изнутри отчаяние, кажущийся размытым сквозь пелену слез кабинет директора и просьба Дамблдора помочь ему защитить мальчика… Тощий, взъерошенный мальчишка с круглыми очками на носу и в перекошенной мантии, ковыляющий к распределяющей шляпе… «Наша новая знаменитость» — отчаянная попытка сразу же отгородиться стеной ненависти и презрения, чтобы не дай бог не привязаться…
Мальчишка раздражал его до кровавого тумана перед глазами. Своей безбашенностью, легкомысленностью, слепым поклонением доброму директору и самоубийственными порывами спасать мир, добровольно бросаясь в самое пекло…
Философский камень, Тайная комната, игры с хроноворотом, чертов Турнир… Северус только зубами скрипел, проклиная Дамблдора с его многоходовками, не способного сдохнуть с достоинством Лорда и Поттера, раз за разом радостно сующего голову в петлю. Если бы он только знал, что в финале всей этой кровавой партии у Дамблдора запланировано жертвоприношение… но ему подобное и в голову не могло прийти, потому что старик поклялся ему защищать Поттера. И ведь защищал, чтоб ему лимонными дольками на том свете подавиться! Каждый раз успевал в последний момент — оттащить Квиррелла, послать птицу, отправить в прошлое, отбить у Волдеморта… даже смерть свою спланировать умудрился и обставить с максимальной для себя выгодой, повесив на него, Северуса, необходимость заниматься эвтаназией, а после целый год изворачиваться ужом в директорском кресле, пытаясь одновременно и школу защитить, и доверие Лорда не потерять.
В памяти возник яростный, полный боли взгляд Поттера, швырявшегося проклятиями, и отчаянное: «предатель!», брошенное в спину.
И как только после всего этого он умудрился…
Снейп вспомнил бесконечные отработки в подземельях на последних курсах, разворачивающиеся по одному сценарию — он за столом, Поттер драит котлы, потом обязательно роняет что-нибудь, Северус отпускает едкое замечание, мальчишка выходит из себя, в воздухе искры, один орет, другой шипит… романтика!
В итоге — Поттер слетает с катушек, выкрикивая оскорбления, Снейп давит в себе страстное желание заавадить его самому, чтоб не мучился, и… назначает новое наказание. Потому что лучше пусть треплет ему нервы здесь, чем лишний раз влезет в какую-нибудь авантюру.
И вот в это Поттер влюбился? Мерлин, да такого даже Альбус не смог бы предсказать! Если последовать примеру Грейнджер и составить список возможных увлечений Героя, то мрачный, злобный профессор зелий занимал бы в нем почетное второе место с конца. Сразу после Волдеморта.
Северус открыл глаза.
— Чушь, — тихо произнес он, обращаясь скорее к самому себе, чем к бессознательному Поттеру. — Это было просто временное помутнение рассудка. Посттравматический синдром или еще какой-нибудь сдвиг, вызванный второй за семнадцать лет Авадой в лоб…
Внезапно Поттер беспокойно дернул головой. Его дыхание участилось. Веки сомкнулись плотнее, губы наоборот приоткрылись, а теплые, почти горячие пальцы неожиданно сильно сжали руку Северуса, и тот встревоженно вгляделся в побледневшее лицо.
— Тише, — он неосознанно подался вперед, погладив большим пальцем его запястье, — тише, Поттер, все в порядке, все хорошо…
Мальчишка вздрогнул, будто услышав его голос, а затем вдруг успокоился, его пальцы расслабились. Выждав около минуты и убедившись, что Поттер снова впал в забытье, Снейп осторожно высвободил руку и, бесшумно покинув спальню, спешно отправил патронуса Майеру.