— Где она? — внезапно севшим голосом спросил Северус.
Миссис Флеминг развернулась, махнув рукой.
— Идемте.
Она привела их в небольшую, весьма скромно обставленную, но чистую комнату. Вдоль одной из стен стояли в ряд три детские кроватки, в одной из которых сидела пухленькая черноволосая девочка в розовой пижамке и увлеченно вертела в руках цепочку, на которой болтался спиралевидный кулон с красным камнем.
— Это украшение ее матери, — пояснила миссис Флеминг, остановившись у кроватки. — Она просила передать его ей. Малышка полностью здорова, мы ее проверили. Правда, Лорен так и не сказала нам, как ее зовут…
— Мы знаем, как ее зовут, — почти беззвучно прошептал Гарри, когда заметившая их девочка подняла голову и солнечно улыбнулась, глядя на него большими ярко-зелеными глазами.
А Северус, почувствовав внезапно, как в его кармане что-то ощутимо нагрелось, вытащил прихваченные по инерции загадочные часы. Вытащил как раз вовремя, чтобы заметить, как падает сквозь узкую воронку последняя золотистая песчинка.
***
«СЕНСАЦИЯ! Бенджамин Уоррен, найденный мертвым в доме своей бывшей любовницы, оказался последователем опасного темномагического культа!
Соседка и подруга Лорен Джонсон дала откровенное интервью, из которого стало известно, что Лорен скрывалась в Нью-Ричмонде от отца своей малолетней дочери. По ее словам, Бенджамин охотился за Лорен и их общим ребенком, чтобы использовать девочку в качестве жертвы для темного ритуала! Ранее Уоррена уже задерживали по подозрению в использовании запрещенных видов магии, но ему удавалось избежать наказания. Неизвестно, каким образом Уоррену удалось выследить Лорен, но в тот вечер он появился в Нью-Ричмонде и попытался забрать ребенка. Завязалась схватка, в результате которой Уоррен погиб, а Лорен исчезла вместе с дочерью. Однако, утром следующего дня ее тело было обнаружено в морге центральной магической больницы Сан-Франциско. О судьбе девочки пока ничего неизвестно…»
Поттер отложил газету и задумчиво посмотрел сквозь дверной проем кухни на безмятежно спящую в установленной посреди гостиной детской кроватке малышку.
Это могло показаться безумием. Вот так, спонтанно, без раздумий, взять на себя заботу о, по сути, совершенно чужом ребенке. Но тогда, стоя возле кроватки в приюте, он не колебался ни секунды. Он не мог допустить, чтобы этот ребенок, так похожий на него, тоже вырос сиротой. Он чувствовал, что должен забрать ее оттуда. Любой ценой.
Сердце на миг болезненно сжалось. Любой.
Северус не сказал ни слова. Прочитав в его глазах уже оформившееся твердое намерение, он просто развернулся и ушел из приюта в неизвестном направлении. Гарри трудно было его в этом винить. Забрать девочку к себе было его собственным решением, и Северус, конечно, был не обязан во всем этом уча…
Внезапно донесшийся из прихожей отчетливый хлопок аппарации заставил Поттера вздрогнуть. Проснувшаяся малышка недовольно захныкала в кроватке, но Гарри не успел подойти к ней. Его опередил взъерошенный, какой-то намагниченный Северус, неумело, но очень бережно взявший девочку на руки. Та тут же затихла, потянув пухлую ручку к его волосам.
— Привет, — стараясь, чтобы голос звучал ровно, произнес Поттер, сунув руки в карманы джинсов. — Не ожидал тебя увидеть… здесь.
— Не ожидал? — каким-то странным тоном спросил Северус. — Или не хотел?
— Что? — Гарри не поверил своим ушам.
— Вчера мне показалось, ты жалеешь о той ночи…
— Жалею? — Поттер посмотрел на него, как на сумасшедшего. — Ты шутишь? Да я просто испугался до дрожи, что ты скажешь, мол, это было минутное помутнение, ошибка, что не захочешь быть со мной, а я… — он задохнулся.
А Северус, внезапно изменившись в лице, быстро опустил девочку обратно в кроватку и, в два широких шага преодолев разделявшее их расстояние, обхватил ладонью сзади его шею и поцеловал. Не так, как тем вечером. В этом поцелуе не было страсти и какого-то безнадежного отчаяния, на этот раз в нем было обещание.
— Я совершал в своей жизни много ошибок, Поттер, — хрипло произнес он наконец, слегка отстранившись. — Но не в этот раз. Я не хочу больше хоронить себя в лаборатории. Не хочу глушить алкоголем чувство вины и просыпаться по ночам от кошмаров. Я хочу жить. Я, черт возьми, это заслужил… Мы оба заслужили.
Поттер ничего не ответил, вместо этого он снова притянул Северуса к себе и поцеловал, ощущая, как за спиной вырастают крылья.
— Когда ты ушел, — выдохнул он, — я так испугался…
Северус негромко хмыкнул и обернулся к кроватке. Девочка тут же оживилась и потянула к нему ручки.
— Я договорился о похоронах для ее матери, — сказал он без улыбки, а потом снова взял ребенка на руки. — Куда я уйду? Я же должен сделать из нее приличного зельевара и научить язвить… Правда, Лили?
Малышка забавно агукнула и радостно схватила в кулачок прядь черных волос.
========== Эпилог ==========
Восемнадцать лет спустя. Норфолк. Вирджиния.
В уютной гостиной небольшого домика весело потрескивал камин. На маленьком круглом столике поблескивали, отражая пламя, стеклянные песочные часы. Сидящий в кресле Северус напряженно следил за сыплющимся сквозь воронку песком. Времени оставалось катастрофически мало.
— Сев, расслабься, — негромко протянул Поттер, массирующий его плечи, стоя за спинкой кресла. — Все будет в порядке. Она же твоя дочь.
— Моя дочь, Поттер, уже давно была бы здесь, — прошипел Северус, скрывая за раздражением нарастающее беспокойство. — А вот твоя до сих пор где-то шляется…
— Кто это шляется? — раздался вдруг за их спинами веселый голос, и одновременно с этим последние песчинки в часах скользнули из верхней части в нижнюю.
Гарри и Северус синхронно обернулись. В дверях гостиной, оперевшись плечом о косяк, стояла слегка растрепанная, но чертовски довольная Лили. На ее шее ярко мерцал, постепенно затухая, кулон с красным камнем.
— Нет, ну это надо! — возмущенно продолжила она, проигнорировав облегченные вздохи обоих отцов. — Я тут, понимаешь, опасную миссию выполняю, жизнью, можно сказать, рискую, чтобы свести своих упертых, как бараны, папаш, а они!..
— Ладно-ладно, иди сюда! — широко улыбнулся Гарри, сгребая дочь в охапку. — Не таким уж я был упертым…
— Ты, может быть! — фыркнула ему в плечо Лили. — А вот некоторые! — она показала язык с трудом сдерживающему улыбку Северусу. — Не лезьте не в свое дело, мисс Уоррен! — передразнила она, точно копируя его манеру. — Что за фамильярность, мисс Уоррен! Нет, я, конечно, знала, что у тебя отвратный характер, но чтобы настолько! Честное слово, я уже начала думать, что все нафиг провалится! Ты так упорно делал вид, что тебе на всех плевать…
— О, это он умеет, — закатил глаза Гарри.
— Вы закончили? — скучающим тоном поинтересовался Северус, скрестив руки на груди.
Лили хитро сверкнула глазами.
— Ой, ладно! Не дуйся, я же знаю, что ты тут места себе не находил, пока меня не было! — она подбежала к Северусу, обняла и, звонко чмокнув в щеку, зевнула. — Ладно, папаши, вы как хотите, а я спать! Нелегкое это дело, знаете ли, сваху из себя изображать!
И она, подмигнув Гарри, убежала вверх по лестнице.
Поттер проводил ее веселым взглядом и посмотрел на Северуса.
— Все-таки она чудо, правда?
— Чудо, что кулон ее матери оказался мощнейшим темпоральным артефактом, — усмехнулся Северус. — Чудо, что нам удалось правильно рассчитать время и найти точку отсчета. Чудо, что ей удалось меня убедить тебя спасать… Вообще, вся наша история — одно сплошное чудо.
— М-м, как мне нравится это «наша», — пробормотал Поттер, легко касаясь губами его шеи.
И тут же все «чудеса» были забыты. Забыты все переживания восемнадцатилетней давности, забыты закончившие отсчет песочные часы… Временная петля наконец замкнулась, и время снова потекло вперед. Теперь уже ровно, без сбоев, так, как и должно — из прошлого в будущее.