Я её советом, разумеется, воспользовался. Но исключительно после того, как убедился, что в колонне она держится неплохо, присмотревшись к основным правилам такой езды, пока машину вёл я.
Аламо, 19 год, 5 месяц, 20 день, вторник, 21:25
Угол — он и есть Угол.
Хорошо было путешествовать в моём длиннобазовом «Дефендере» вдвоём и с небольшим количеством багажа! В «Витаре-кабриолете» куда теснее. Я бы и один десять раз подумал, следует ли мне спать скрюченному на разложенном сиденье в такой машинке или рискнуть разложить палатку. А уж втроём...
Палатку я покупал легкосборную: бросил на землю, состыковал сегменты каркаса с продетой внутри них резинкой в два длинных штыря, пристегнул штыри к палатке крест-на-крест, вставил их наконечники в специальные гнёзда на «язычках» днища палатки, и живи! Кое-кто из переселенцев маялся даже со старыми туристическими, советского образца, куда нужно было по центру входного проёма и возле дальней стенки колья ставить, а потом растяжки натягивать. Так что я со своими «хоромами» просто барствовал! Коврик-«пенку» тоже с собой взял, да и Светлане с дочерью подсказал такие же купить.
Разумеется, в первую ночёвку мне стрёмновато было: ну не люблю я змеюк, что по саванне ползают. Как и всяческой мелкой живности, которой змеи питаются. Но, похоже, караванщики места для ночёвок не просто так выбирали, да и подразогнали вонью автомобильного выхлопа, кострами и топотом сотен ног всё ползающее и землероющее в округе. Так что ни разу за всё путешествие нас местные напасти не потревожили. Но Иринку эти страхи не терзали, и она, несмотря на то, что мы со Светкой хотели её оставить в машине, безапелляционно заявила, что тоже будет спать в палатке.
Я-то после секс-марафона предыдущей ночи вырубился мгновенно и беспробудно дрых до тех пор, пока охрана не начала будить лагерь. А дамы мои поутру выглядели очень помятыми: Иришка спала плохо из-за того, что ей было жёстко, а Светлана без конца просыпалась, когда дочь начинала ворочаться. Так что целый день я провёл за рулём.
Однообразная дорога по холмистой саванне на второй день пути наскучила и девочке, не отлипавшей накануне от того окошка, где сквозь поднятую колонной пылюку можно было разглядеть особенности пейзажа. И Светка, сама боровшаяся со сном, истязала ребёнка разговорами о школьных друзьях-подружках Ирины, компьютерных игрушках и платьицах, которые пошьёт дочери, когда та снова пойдёт учиться. Зато вечером, после того, как мы поужинали, девочка беспрекословно потопала спать на заднее сиденье машины. А моя бывшая секретарша, пока я мыл посуду и собирал вещи, успела заснуть так, что не слышала, ни как я подкладывал в палатку её оружие, ни как вернулся после разговора с нанятыми Райзманом водителями моих «Уралов».
Последующие дни с дорожной скукой боролись разговорами и коллекцией Светкиных компакт-дисков. А ребёнка «загрузили» компьютерным курсом английского языка, вручив ей ноутбук.
Переход через Меридианный хребет немного снизил скорость колонны. И не только из-за того, что машины медленнее ползли на подъёмах. Близился Угол, самое бандитское место Северной Дороги. Передовой дозор усилили, и теперь колонна не трогалась с места до тех пор, пока дозорные не обследуют наиболее уязвимые участки пути. Но вплоть до ночёвки, больше напоминавшей укреплённый лагерь, ничего не случилось.
Почему «вплоть»? Да просто часа за два до заката в лагерь притопал какой-то мужичонка просить помощи. Охрана засуетилась, но мужичок жутко обиделся за то, что его обшмонали «свои же», отобрав старый, потрёпанный ППШ. Говорил он на жутком малоросском суржике и носил оселедец.
Старлей, начальник колонны, подошёл ко мне.
— Слушай, человек помочь просит. Говорит, что тут неподалёку, километрах в трёх от дороги, картер у машины пробил о камень. Просит дотащить его рыдван до Аламо. Может, дашь «Урал» хотя бы снять его с каменюки и притащить сюда? Ну, не дело — пропадать людям в горах ночью. «Бардак» для сопровождения я выделю.
— Жинка там у мэнэ с хлопчиками малыми. Я им казав, щоб у машине сидели, а сам до дороги побиг. Думаю, а вдруг люди добри знайдуться. Не дай загинуть, брат!
— А что ж тебя понесло прочь от дороги?
— Та налякали мэнэ, що тут бандитив повно. Думав, схоронюся подальше вид дороги, ось тую каменюку и не побачив!