Особый восторг Жуселино вызвала идея программного тюнинга двигателей.
— Вечно вы, русские, выдумываете что-нибудь такое, до чего никто в мире не додумается!
— Напрасно вы думаете, что это — моё изобретение, — поскромничал тесть. — Все «придворные» тюнинг-агентства ведущих автогигантов используют перепрограммирование блоков управления для форсирования двигателей. Как они это называют, чип-тюнинг.
— Послушайте, а другие двигатели таким способом можно форсировать? — чуть не подпрыгнул на своём стуле управляющий. — Например, у квадроциклов.
— Никогда не занимался этой техникой, но думаю, что можно...
— Так это же прекрасно! У нас, в окрестностях Порто-Франко, ежегодно проводятся четырёхсоткилометровые гонки по саванне. Если мне удастся уговорить кого-нибудь из участников на такую процедуру, то это будет прекрасная реклама нашей фирмы! А пока... Сколько, говорите, прироста мощности даёт это перепрограммирование?
— У нетурбированных двигателей — 6-12%, у двигателей с турбонаддувом — 20-25%, а иногда и до тридцати. Плюс примерно такой же прирост крутящего момента.
— Хм! И это — без какого либо вмешательства в сам двигатель? В какую сумму вы оцениваете... э-э-э... чип-тюнинг моего «Сузуки-Самурай»?
Тёща, на которую Наташа насела очень плотно и не позволяла пропускать стрелковые занятия, как я понял, саботировала стрельбы, надеясь, что дочь посчитает её неспособной к обучению. До тех пор, пока моя супруга в сердцах не бросила ей:
— Ну, и как ты попадёшь в этого долбанного заместителя губернатора, из-за которого все ваши неприятности приключились, если он здесь очутится?
— Вот так! — злобно сверкнув глазами, всадила в мишень очередь из своего МР-5 Валентина Евгеньевна.
Теперь, когда жена хвалила мать за успехи на стрельбище (причём, при стрельбе не только из пистолета-пулемёта, но и из пистолета), она скромно опускала глаза:
— Я просто представляю вместо мишени морду этого урода, который нашего Андрюшеньку хотел посадить...
Подтягивалось семейство Алёшиных и во владении английским языком. И не только благодаря тому, что мы с Наташей ежедневно с ними занимались. Английский в Порто-Франко был лингва франка, поэтому им приходилось использовать его всюду: от рынка и магазинов, до общения с соседями. Кажется, филологи это называют «обучением методом погружения в среду». При случае уточню у жены, не соврал ли я с названием.
Начиная с последних чисел первого месяца интенсивность ливней, особенно лютовавших в третьей декаде, стала постепенно снижаться. Как в феврале на Урале солнце светит уже совсем не так, как в январе, так и здесь по облачности и характеру дождя ощущалось, что местная «зима» выдыхается. Почувствовали это и жители города, которые уже позволяли себе погулять по Овальной площади или сходить (именно сходить, а не съездить!) друг к другу в гости. В первых числах второго месяца к Наташе забежала Софи, официантка из бара миссис Лигуритани. Девушки сохранили дружеские отношения, и время от времени наведывались друг к другу.
В этот раз Софи была явно встревожена и попросила меня присутствовать при их разговоре.
— Мистер Колесов... — начала она.
— Софи, я же просил, чтобы вы называли меня просто Николай.
— Хорошо. Николай, я хочу вам сообщить, что ваши друзья в опасности. Те, бронемашина которых стоит в вашем дворе. Я случайно подслушала разговор трёх парней, с которыми они встречались в нашем баре. Это очень опасные люди, которые хотят завладеть бронеавтомобилем ваших друзей, а самих их продать в рабство. Это колумбийцы из Латинского Союза, наркоторговцы, случайно застрявшие в Порто-Франко на мокрый сезон. Они видели эту машину ваших друзей на стоянке возле блок-поста, собирались её угнать, но не успели. Я так поняла из их разговора. А недавно нашли их и хотят обманным путём выманить на машине из города, чтобы всё провернуть.
— В сезон дождей?
— Да, в ближайшие дни! У них есть какой-то тайник на побережье, где они собираются пересидеть, пока дороги станут проезжими, а море перестанет штормить. Тогда они дождутся пиратского корабля из Исламского Халифата, нападут на первых переселенцев, которых вместе с вашими друзьями и продадут в рабство. А сами, чтобы их не нашли, уедут на их машине в Латинский Союз.
Софи, протрещавшая всё это на едином дыхании, взяла паузу, чтобы отдышаться.
— Как же вам это всё удалось услышать и не привлечь их внимания?
— А они и не скрывались, громко разговаривали по-испански. Я не люблю колумбийцев, мой дядя погиб во время теракта, устроенного Медельинским картелем в Боготе. Поэтому я не отреагировала, когда они пытались заговорить со мной по-испански. Видимо, решили, что я их не понимаю, поэтому и не скрывались. Ваши друзья встречались с ними у нас в баре и обсуждали какие-то революционные вопросы. Я не разбираюсь в этом, так что ничего не поняла. А когда ваши друзья ушли, колумбийцы принялись хохотать, как ловко они обвели вокруг пальца этих... los tontos. Они их так назвали.