Я выдохнул, она жива! Давно забытое чувство нежности нахлынуло океанской волной, я прикоснулся пальцами к её волосам. Мир вокруг перестал звучать, сердце сжалось, и встречная волна теплоты накрыла меня невесомостью.
И сквозь сладкую, почти неизвестную боль моё сознание медленно принимало неестественность открывшейся картины, отказываясь в неё верить. Среди окружающих тело Мары обломков я заметил часть копья, одной стороной застрявшее в земле у меня под ногами, а остриём проникнув в грудь живой ещё женщины. Боясь пошевелиться сам, я растерялся. Снова действительность швырнула меня о землю.
Застонав от бессилия, я лихорадочно пытался придумать выход, понимая что любое движение приведёт к смерти. Доктор, пусть он и проктолог – но он нужен. Я его не видел ещё, но судя по перевязкам – он жив. Найду его, только дождись, прошу!
Прочитав мою решимость Мара едва коснулась рукой моего колена, и лишь выдохнула: «нет». Я не хотел верить, что это всё. И покидать, оторваться даже взглядом было выше моих сил. Она взяла меня за руку, и закрыла глаза.
Время забыло о нас. Через тысячу осторожных вдохов Мара с трудом открыла глаза. Коснувшись её губами, я принял последнее дыхание.
Старика я так и не нашёл.
Глава 21.
Глава 21.
Чувство потери порождает отчаяние, которое порождает месть. Знаете, как это – когда тыкают раскалённым прутом в затянувшуюся, но ещё не зажившую рану?
Я принял решение уйти. Не имело смысла жить, проводив всех близких. Слишком много испытаний, и никакой цели. Я не знаю, зачем пришёл в эту жизнь. Единственная версия, которая у меня в этот момент была – я пока жив ради того, что бы уйти. Погибнуть, не умереть. Да, не пришёл мой час – значит, ещё не выбрана цель. Для неё ли хранит меня судьба?
Чувство мести, остывая и кристаллизируясь, рисовало идею. Пока ещё пылкая, она приобретала очертания плана. Видя мои приготовления, старший из оставшихся живых пригласил меня поговорить. Динай, так его звали, повёл меня на самую высокую точку Хара.
- Я здесь уже не первый год. Почти с самого начала, как появилось поселение. За это время самым страшным было наводнение, которое смело весь наш флот и погибли четверо. Нас спасло то, что остров находится за поворотом реки, и он достаточно высок. Мы спаслись в камнях – Динай задумался, вспоминая о пережитом. Затем продолжил – Но то, что было прошлой ночью, мы не осознали до сих пор.
- Скорее, это из-за меня… - начал было я, но он покачал головой, и продолжил:
- Не ищи вины, ты уже не изменишь прошлого. Но если хочешь знать моё мнение, то правильного выбора у тебя не было.
- Но я стал причиной.
- Всего лишь её частью.
Мы замолчали, глядя на закат. С другой стороны неба уже бледнела полная луна. Небо было ясным и выгоревшим.
- За всё время, сколько я здесь – продолжил Динай – я не видел ни одного человека, попавшего на остров случайно. Нет, скорее даже не так. Каждый, кто нашёл Хара, нашёл и своё место на нём. Я не хочу, что бы уходил отсюда. Но никто не может отнять твоё право принимать решения, тебе самому за них отвечать. Я понимаю твоё состояние – он снова задумался, растерянно моргая белыми ресницами. Затем продолжил:
- Я думаю, что когда человек стремится принести благо другим живым существам, его собственные цели осуществляются сами собой, как побочный результат. Мы можем тебе помочь?
-Нет.
- Ты обдумал последствия?
- Да.
Мы проводили этот тяжёлый день. А утром оставшиеся в живых стояли на берегу до тех пор, пока не потеряли из виду мой незатейливый плот.
Перестав грести, я опустил ноги в воду и расслабился, доверившись течению. Перед глазами таял утренний туман, а где-то внутри на меня смотрели глаза Мары. Те, что видели меня последним.
Что же трогало меня так? Что перевернуло меня всего от одного её взгляда? Или это были не только глаза? Что же это?
Я не испытывал подобного ранее. Привязанность, страсть, привычка, даже просто комфортное ощущение лишь от того, что человек рядом – было. Чувство контроля, что бы со мной не происходило, оставалось. Но безоговорочного доверия, готовности и желания дать всё, что ты можешь, ничего не ожидая в ответ – это впервые и необъяснимо. Ведь не было ничего из того, что принято считать привязанностью между мужчиной и женщиной, перерастающей во влюблённость.