Как только она заберет Иден, им понадобятся еда, кров и свежие припасы для путешествия.
Наличные деньги имели решающее значение.
— Вот, — Хулио достал из заднего кармана бумажник и протянул Шмидту кредитную карту и смятую двадцатидолларовую купюру. — Сколько бы ни стоила еда, сними деньги с моей карты сразу же, как только все закончится.
— Хулио… — с досадой начала Дакота. К несчастью, ее босс был слишком добросердечен. А Шмидт просто придурок. Так и хотелось отвесить хорошую оплеуху его жирному, жадному лицу…
— Меня это устраивает, — Шмидт забрал кредитную карту Хулио, сунул ее в нагрудный карман своей формы управляющего и снова принялся расхаживать перед кучей еды, словно король, защищающий замок от неверных.
Дакота вскочила на ноги и направилась по ступенькам к задним сиденьям, подальше от людей, чтобы никого не ударить.
Она провела здесь всего один день, а уже страдала клаустрофобией, нервничала и была чертовски раздражена. Будет чудом, если она сохранит рассудок в следующие сорок восемь часов, не говоря уже о неделе.
Она опустилась на одно из сидений в дальнем углу и позволила себе откинуть голову на мягкий подголовник. Ее трясло, одежда все еще была слегка влажной. По крайней мере, она была одна.
Тем не менее Дакота не закрывала глаза. Ей не помешало бы поспать, отдохнуть и набраться сил для предстоящего трудного путешествия, но она не доверяла этим людям.
От одной мысли о том, что ей придется ослабить бдительность, у нее сдавило грудь, а внутренности скрутило от страха.
Она лучше всех знала, что опасность может исходить откуда угодно, особенно от напуганных и отчаявшихся людей.
Ее мышцы напряглись и скрутились, а живот словно превратился в кирпич.
Больше всего на свете она ненавидела это чувство всепоглощающей беспомощности.
Иден сейчас там — в ловушке, возможно, раненая, наверняка напуганная. Подверглась ли она воздействию радиации? Умирает ли она прямо сейчас?
И был Мэддокс, все еще смертоносная тень, маячившая на краю сознания Дакоты, от которой она не могла избавиться.
Если он выжил после взрыва, то не позволит бомбе помешать ему выследить добычу и забрать свой приз. Он был самым целеустремленным и решительным человеком, которого она когда-либо встречала.
Нет, он не умер. Вряд ли ей так повезет.
Он все еще где-то там, охотится. Идет за Иден, такой беззащитной и никем не охраняемой.
Дакота очень хотела действовать, выбраться отсюда и спасти сестру, но не могла, пока не могла. Ничего нельзя было сделать. Смертельная доза радиации и смерть через неделю никому не принесут пользы.
Несмотря ни на что, она должна сохранять хладнокровие.
Иден нуждалась в сестре.
Глава 22
Мэддокс
Мэддокс застонал. Он почувствовал во рту металлический привкус, словно там скопилась грязь и медь. В его сознание медленно проникали звуки, звенящие и далекие.
Автомобильные сигнализации.
Он не знал, сколько времени прошло. В ушах гудело. Перед глазами плавали белые пятна. Откуда-то капала кровь.
Медленно и осторожно он подвигал руками, затем ногами. Боль пронзила его, но Мэддокс не обратил на нее внимания. Он отстегнул ремень безопасности и нащупал дверную ручку.
Она не сдвинулась с места. Дверь автомобиля потеряла первоначальную форму.
С трудом он осознал, что такси смялось вокруг него, как банка из-под газировки.
Таксист безвольно обмяк, его окровавленная голова болталась под неестественным углом, а тело все еще было пристегнуто ремнем безопасности. Руль врезался ему в грудину. Таксист был мертв.
Задняя правая дверь выглядела неповрежденной. Мэддокс потянулся на заднем сиденье, все его тело ныло, плечо пронзила острая боль, и он насилу открыл дверь. С трудом превозмогая неотвязную муку, он все-таки выбрался из такси.
Мэддокс хрипя рухнул на бетон и кое-как поднялся на ноги. Он все еще был в туннеле. Аварийные огни мерцали красным светом, заливая стены туннеля жутким сиянием. Несмотря на тусклый свет, он мог видеть достаточно ясно.
Машины больше не стояли ровными, упорядоченными рядами. Некоторые опрокинулись на бок, их колеса продолжали вращаться; другие оказались перевернутыми, крыши этих авто вмялись внутрь, металлические каркасы были разбиты, раздавлены и сломаны.
По всему туннелю машины, грузовики и внедорожники представляли собой обломки искореженного, дымящегося металла. Истошно вопили сигнализации. Несколько автомобилей загорелись. Казалось, что какой-то гигант схватил машины и как игрушечные швырял в стены и потолок, друг в друга.