Стояла глубокая летняя ночь. В жарком неподвижном воздухе стрекотали цикады. Комары надоедливо пищали над ухом. От влажности ее кожа покрылась бисеринками пота, которые выступили на лбу, шее и руках.
Но она почти ничего из этого не чувствовала.
Они бежали из поселения Ривер-Грасс — бежали от того, что сделала Дакота, от того, что ждало Иден.
Кровь заливала дрожащие руки Дакоты, ее лицо. Но это была не ее кровь.
Кое-какая часть крови принадлежала Иден.
Сердце бешено колотилось в груди, учащенное дыхание сдавливало горло, а спину жгло, как кислотой, — Дакота схватила Иден за руку и побежала.
Длинные юбки развевались вокруг ног, они с сестрой проскочили мимо тесных лачуг, обогнули сад и сараи, добрались до сторожевой площадки, где должна была стоять охрана, но никого не было, и спустились по деревьям к краю болота.
Дакота знала, где хранятся аэролодки, — ключи от них висели в рамке для картин на стене эллинга. Она даже знала, как управлять такой лодкой.
Мэддокс и его брат Джейкоб тайно выводили ее на прогулки дюжину раз. До того как они стали врагами. Но она не могла думать об этом.
Через силу превозмогая боль от обожженной кожи на спине, она схватила ключи и фонарик, висевшие на стальном крюке. Ее окровавленные пальцы оставили красные следы.
Они узнают, что она была здесь. Хотелось надеяться, что к тому времени Дакота и Иден будут уже далеко от Ривер-Грасса.
Она остановилась на краю илистого берега, вглядываясь в бесконечные мили травы, покрывавшей неподвижную темную воду. То тут, то там среди травы проглядывали небольшие деревца.
Насколько хватало глаз, картина во мраке оставалась неизменной. Страх пульсировал в каждой клеточке ее тела. Местность была дикой и опасной. Умереть здесь можно сотней разных способов.
Зато, уйдя по воде, они могли легко затеряться.
А если потеряться, то их невозможно будет отыскать.
Из общины вела только одна дорога. Если они попытаются ей воспользоваться, «Пастухи» выследят их не пройдет и часа.
Так у них с сестрой хотя бы будет шанс.
То, что осталось позади, было гораздо хуже того, что лежало перед ними. Она должна в это верить.
Иден рядом с ней слабо застонала.
Через силу, заставляя себя двигаться, Дакота стиснула зубы, чувствуя, как рубец над лопаткой пульсирует от жара, обжигая при каждом движении.
«Раз, два, три. Дыши».
Перетерпеть боль. Это все, что она могла сделать. Если они не выберутся, еще один ожог будет наименьшей из ее проблем.
Дакота осторожно села на сиденье, установленное перед решеткой с пропеллером. Узкая лодка была алюминиевой, длиной около двенадцати футов.
Двигатель стоял на металлических подмостках в нескольких футах от кормы. Сиденье располагалось на квадратной платформе, поднятой на несколько футов в воздух, а пассажирское кресло находилось чуть ниже.
Дакота вытащила из-под пассажирского сиденья небольшую водонепроницаемую сумку, порылась в ней и протянула сестре беруши. Себе она тоже прихватила пару.
Вставила ключ в замок зажигания, трижды нажала на резиновую кнопку дросселя и повернула ключ. Двигатель выпустил клуб дыма и с ревом ожил, пропеллеры закрутились, сотрясая лодку.
Иден схватилась за края сиденья. Ее взгляд был стеклянным и расфокусированным, из раны на горле все еще сочилась кровь, несмотря на разорванную рубашку, которой Дакота обмотала шею сестры.
— Держись крепче, — крикнула она, хотя Иден, похоже, не слышала ее из-за шума двигателя.
Если вдруг Иден потеряет хватку и упадет в воду… она поплывет, но сможет ли доплыть до берега, раненой? Ее кровь привлечет аллигаторов, как корм акул?
Дакота стиснула зубы и подавила панику. Ей и так есть о чем беспокоиться. Она должна верить, что Иден сможет это сделать, что они справятся.
Она нажала на дроссель, медленно прибавляя газ, пока они не понеслись по воде с хорошей скоростью. С помощью рычага управления она прокладывала путь, лавируя между возникающими препятствиями.
Дакота взглянула на маленький экран GPS, который показывал, куда ей нужно плыть — двадцать пять миль до дамбы.
Она не знала, куда бежать после этого. Может, в дешевый отель в Эверглейдс-Сити. Просто уехать куда-нибудь подальше отсюда, в безопасное место.
Они плавно скользили по водной глади. Она едва слышала собственные панические мысли, пробивающиеся сквозь шум мотора. Голые руки и ноги жгло от летящих в них клочков травы — аэролодка работала как мощная газонокосилка.
Дакота стерла капли крови и проигнорировала саднящую боль.