Комары кружили вокруг ее лица, кусая через одежду, каждый сантиметр открытой кожи, даже веки. Иден спотыкалась рядом с ней, молчаливая, но страдающая, а Дакота снова и снова поднимала ее на ноги.
Вдруг что-то схватило ее за ноги.
Дакота упала, увлекая Иден за собой. Боль пронзила ее правую икру. Колючая проволока обвилась вокруг ноги, впиваясь в голую кожу.
Фонарик беспорядочно метался, когда она заметила электрифицированную изгородь, увенчанную мотками колючей проволоки длиной в три фута, поваленное дерево, вероятно, упавшее во время сильной бури накануне вечером.
— Смотри, Иден. Это знак. Неважно, от кого, лишь бы он помог, Иден.
Она сделала несколько глубоких вдохов и высвободилась из колючей проволоки, шипя от боли сквозь стиснутые зубы.
По ее пальцам потекла кровь. Дакота вытерла их о грязную юбку. Грубая, запекшаяся рана на спине горела огнем. Болели все мышцы спины, рук и ног.
Боль нужно перетерпеть. По крайней мере, у нее был в этом опыт.
Она перелезла через поваленное дерево, неся на себе Иден, и упала на землю по другую сторону забора, едва не придавив сестру.
Дакота выключила фонарик. Они скользили в темноте так тихо, как только могли. Впереди в лунном свете виднелась одноэтажная хижина в центре широкой поляны, окруженной несколькими постройками поменьше и колодцем.
На первый взгляд, ничего особенного.
Но Дакота помнила предупреждение Мэддокса. Она не забыла и об электрическом заборе. С тем, кто решил жить в одиночестве посреди Глейдс, шутки плохи.
И все же они должны рискнуть.
— Теперь осторожно, — предупредила она и Иден, и себя, прекрасно понимая, в какой опасности они находятся.
Горло нестерпимо жгло от жажды. Голова кружилась от голода и боли.
— Мы войдем в дом, возьмем все, что сможем унести, и сбежим. На другом конце участка есть проход, ведущий к шоссе, по которому мы уедем в безопасное место, хорошо?
Иден не кивнула и не показала, что вообще услышала Дакоту. Она уставилась в землю, устало покачиваясь на пятках, ее плечи сотрясались. Возможно, она была в состоянии шока.
Страх сдавил горло Дакоты, мешая дышать. Она схватила Иден за плечи и вгляделась в ее безжизненное лицо.
— Я позабочусь о тебе, слышишь? Ты под моей защитой. Я не позволю тебе умереть, клянусь тебе. Я не оставлю тебя. Никогда.
Тогда она сдержала свое слово.
Она могла сделать это снова. Она сделает это снова.
Теперь, складывая рисунок и осторожно убирая его обратно в карман, Дакота повторяла эти слова, как заклинание как обещание.
— Я не оставлю тебя. Никогда.
Глава 25
Логан
— Проголодалась? — Логан протянул оранжевый пакетик чипсов и бутылку воды.
Официантка — Дакота — дремала, поджав ноги на мягком сиденье, сложив руки на животе.
Она выглядела маленькой и уязвимой — раньше он не ассоциировал это слово с Дакотой.
Но как только он заговорил, она резко открыла глаза и вскочила на ноги, уже держа в руке нож и целясь ему в грудь.
Осторожная девушка. И умная.
На самом деле не стоит с помощью ножа обезвреживать противника, если только не хочешь застрять в нем, как в игольнице.
Он сделал шаг назад, подняв руки с пакетом чипсов, бутылкой воды и фонариком, с легкой улыбкой на лице.
— Просто подумал, что тебе не помешает подкрепиться.
Логан ожидал, что она извинится или смутится после того, как набросилась на него с ножом, но Дакота лишь пожала плечами. И нож не убрала в ножны.
— Конечно.
Он вложил пакет с чипсами и воду в ее свободную руку. Дакота потянулась и откинулась в кресле. Нож она пристроила на подлокотнике рядом с собой, в пределах досягаемости. Окинула светом фонарика зал.
Остальные выжившие беспокойно спали на разных местах, большинство из них — рядом с экраном, который, казалось, наблюдал за ними всеми, как огромный белый глаз.
Шмидт сидел, скрестив ноги, перед едой и запасом воды, с планшетом на коленях и ручкой в руке, упрямо продолжая бодрствовать. Кто бы сомневался.
— Кстати, меня зовут Логан.
— Я знаю.
Он просканировал проходы и заднюю часть зала на выявление чего-либо необычного, потенциальной угрозы, а затем опустился на сиденье рядом с ней. Это давно вошло в привычку, укоренилось в его ДНК.
Дакота бросила на него настороженный взгляд, но ничего не сказала.
— Смотрю у тебя есть часы. Механические, да? Не помню, когда я в последний раз видел такие.
Она отправила в рот чипсы.
— Подарок.
— Хорошая вещь. Только так мы поймем, что прошло достаточно времени. Кстати, который час?