Братья Дэниелс были очень похожи друг на друга — по крайней мере в более младшем возрасте. Марк часто корчил гримасы и ставил рожки над головой старшего брата. Ни на одном из снимков он не выглядел серьезным, но в то же время казался каким-то смущенным. Китон же, наоборот, выглядел уверенно и по-мужски солидно, особенно в сравнении с хлипкой мальчишеской фигуркой своего младшего брата.
На нескольких снимках он был изображен с удочкой и выглядел спокойным и счастливым. Марк стоял рядом — с какой-нибудь большой и еще мокрой рыбой, а Китон — с пустыми руками. Но можно было без труда догадаться, что всех этих рыб все-таки выловил Китон.
Китон Дэниелс чрезвычайно заинтересовал Сонору. Повсюду она ощущала его присутствие, что, впрочем, само по себе неудивительно: ведь он же был братом убитого. Ей вдруг стало интересно, вернется ли Китон к жене после всего, что случилось.
Размышляя об этом, она рассматривала снимок, на котором Китон дремал, сидя на земле и прислонившись спиной к дереву. Сделан снимок был недавно, и вероятнее всего Марком. Поначалу она отложила его в сторону, но затем, передумав, засунула в карман блейзера.
Сэм потер ладонью шею.
— Ну, что думаешь? — спросил он у Соноры.
— Мне кажется, это был обычный мальчик, — ответила та, — немного ребячливый для своих лет и, принимая во внимание то, что мне говорили о его предполагаемой помолвке, имевший планы жениться. Я даже не представляю, за что его могли убить и почему он стал жертвой этого тщательно спланированного преступления.
— Выходит, что какой-то случайный тип — один из проезжавших мимо — приковал его к рулю наручниками, облил бензином и поджег?
— Нет, Сэм, убийца сознательно выслеживала свою жертву. Просто она воспользовалась случайно подвернувшейся возможностью.
— Какой возможностью?
— В лице Марка, как младшего брата…
— Младшего брата? — удивленно перебил ее Сэм. — Ты имеешь в виду…
— Вот именно, — кивнула Сонора, — младшего брата намеченной ею жертвы — Китона Дэниелса.
Глава 11
Было уже поздно, когда Сонора и Сэм добрались до бара Лайнега в надежде выяснить там что-нибудь о Марке Дэниелсе и таинственной блондинке. В баре в этот вечер играла группа «Метрополитен Блюз Оллстарз», и воздух аж загустел от табачного дыма и паров пива. Музыка — томная, блюзовая — действовала на посетителей возбуждающе и не способствовала ведению спокойной беседы.
Сэм выбрал маленький столик на двоих в дальнем левом углу зала — единственное незанятое место: «Оллстарз» всегда собирали на свои выступления много народа, а в особенности по выходным.
Сонора присмотрелась к посетителям бара. «Разношерстная публика», — подумала она. В основном это были студенты и представители поколения «тех, кому за тридцать». За длинным столом в центре зала собралась большая компания мужчин и женщин, проявлявшая необычайную активность и создававшая дополнительный шум. Женщины с тоской смотрели на танцплощадку, но мужчины не обращали на них никакого внимания. Сонора прислушалась к их разговору.
— …нет, она сказала: «Одевайся и вали домой…»
— …сжег лодку, вместо того чтобы…
— …пудрить ему мозги, пока он платит…
— …ну нет, судья оказался полный осел…
«Адвокаты», — решила она.
— Сонора, тебе, как всегда, коку или что-то другое? — крикнул ей Сэм прямо в ухо.
Утвердительно мотнув головой, Сонора пригляделась к группе ребят, сидевших за столиками, стоявшими рядом, пытаясь угадать, кто из них мог быть знаком с Марком. Лицо одной из девушек показалось ей знакомым — у той были длинные каштановые волосы, спадавшие ниже пояса. Сонора достала снимки, обнаруженные в столе Марка Дэниелса. Да, эта девушка встречалась на некоторых фотографиях. Сонора стала внимательно наблюдать за ней, попутно разглядывая ребят, с которыми та болтала и, возможно, вместе снимала квартиру. Она толкнула Сэма локтем в бок, и тот поприветствовал ее, подняв над головой стакан с «Доктором Пеппером». Приняв из его руки бокал, Сонора сделала большой глоток и задумалась. Ее дети также предпочитали «Доктор Пеппер». Интересно, почему?
Сонора показала Сэму фотографию, а затем кивнула головой в сторону девушки на танцплощадке. Понимающе улыбнувшись, Сэм засунул за щеку порцию жевательного табака. И вдруг Сонора с ужасом вспомнила, что ей еще предстоит приготовить к завтрашнему утру тридцать пирожных, чтобы затем доставить их в класс дочери.