— Но я не хочу выглядеть грубой.
— Грубишь не ты, а они.
— Так ты считаешь, что я должна подать на них письменную жалобу?
— Ты что, собираешься жаловаться на то, что тебя прервали?
— Так что же мне делать? — спросила Сандерс, нервно сцепив пальцы.
— Ты должна обратить на это внимание и принять необходимые меры, причем сделать это надо немедленно, иначе твое положение еще более ухудшится. Придерживайся собственной линии поведения, не позволяй никому перешагивать через тебя и не копи в себе обиды. И вот еще что, Сандерс: когда ты будешь в следующий раз излагать свое мнение, постарайся не улыбаться.
— Не улыбаться?
— Мои наблюдения показывают, что женщины всегда улыбаются независимо от внешних обстоятельств. Держу пари, что даже жертвы Банди улыбались перед смертью. Не забывай, что ты полицейский, и избегай заискивать перед теми, кто заставляет тебя страдать.
— Ты заставила меня о многом задуматься, — кивнула Сандерс.
— Вот и хорошо. Именно поэтому мне нравится иметь дело с женщинами — они всегда думают.
Глава 29
В витрине антикварного магазина «Шелбиз» была выставлена деревянная карусельная лошадка. Белая эмаль на ее боках приобрела серый оттенок и кое-где отслоилась, а красные и синие розы, намалеванные вокруг шеи, поблекли и наполовину стерлись. При виде этой лошадки у Соноры впервые в жизни возникло желание приобрести что-нибудь антикварное.
Когда они с Сэмом входили в магазин, об их появлении оповестил перезвон колокольчиков, прикрепленных к входной двери. Сонора сразу же подошла к лошадке и ознакомилась с ценником, после чего охота к покупке антиквариата у нее мгновенно отпала.
Это был приличный по размерам магазин, весь заставленный мебелью и увешанный полками, заваленными куклами и разными разностями — безделушками с толкучки, которые, по мнению Соноры, являлись просто хламом. Густой запах, исходивший от этого старья, был ей неприятен. Тут можно было увидеть «говорящие» оловянные подносы, музыкальные почтовые открытки, миниатюрные бутылочки из разноцветного стекла и игральные карты из Нью-Йорк-Сити. Старинные бутылки из-под кока-колы, ветхие томики книг, медали времен второй мировой войны, фарфоровые и пластиковые куклы, крошечные чайники и сахарницы. Большая часть вещей, созданных в сороковые — пятидесятые годы, несла на себе старомодный отпечаток некоторой претенциозности, которая всегда раздражала Сонору.
Она прошла мимо ряда платьев из белой кружевной материи, всколыхнувшихся при ее приближении, и пощупала самое маленькое из них — удивительно тонкий и нежный на ощупь хлопок, желтые вставки из сатина и ряд крошечных перламутровых пуговиц.
— О, знаменитые тарелки «Блу Уиллоу»! — воскликнул Сэм, остановившись у стола, на котором лежала стопка книг. — У Шелли есть такая тарелка, ей подарила ее бабушка. Ты видела эту вещицу — она висит у нас на кухне. Да, Шелли бы здесь понравилось, она просто поедала бы весь этот хлам глазами.
Осторожно ступая по выщербленному кафелю, Сонора прошла в глубь магазина. Она заметила старый патефон и рядом с ним стопку долгоиграющих пластинок в потрепанных конвертах. На верхнем была надпись — «Кармен».
У прилавка, за отполированной до блеска латунной кассой, стояла женщина лет пятидесяти. У нее была достаточно стройная и подтянутая для ее возраста фигура. Она пользовалась темной губной помадой. Брови у дамы были густые, с коричневатым оттенком. На груди болтались очки, которые удерживались цепочкой. Она просматривала пачку каких-то бумаг, попутно делая пометки авторучкой. Сонора подумала, что эта женщина больше напоминает доктора наук, преподающего антропологию или средневековую литературу в Йельском университете.
Та взглянула на нее и приветливо улыбнулась. Сонора показала свое удостоверение.
— Доброе утро. Я инспектор Блэйр, полицейское управление Цинциннати, а мужчина, восхищающийся вон теми тарелками, — инспектор Делароса. Я хотела бы задать вам пару вопросов.
Женщина водрузила на нос очки и принялась изучать полицейское удостоверение Соноры, после чего, слегка наклонив голову набок, приветливо посмотрела на Сэма.
Распаковав свежую кассету, Сонора вставила ее в диктофон и нажала на кнопку «запись».
— Я следователь по делам, связанным с убийствами, и в настоящее время разыскиваю убийцу.