— Хотелось бы взглянуть на эту куклу, — сказала Сонора.
— У меня есть другая, похожая на ту, но только девочка. Пойдемте со мной, я покажу вам.
Она провела их в соседнюю комнату, заполненную более объемными предметами — мебелью, прялками и какими-то ящиками. Из зала в подвал вела широкая лестница. Сэм пропустил Сонору вперед, а сам спустился следом.
Снизу веяло прохладой и запахом плесени. В подвале царил беспорядок. Здесь лежало множество разнообразных книг — старые издания из серии «Тетушка Дру», «Приключения отважных мальчишек» — и даже военное обмундирование. Миссис Харгривс уверенно продвигалась вперед. Ее каблуки громко стучали по полу, выложенному желтой керамической плиткой. Наконец она остановилась у открытого кухонного шкафчика, забитого куклами, многие из которых не имели ни рук, ни ног, у каких-то отсутствовали головы, и почти все были сильно побиты и поцарапаны. В общем, некондиция.
— Вот это как раз один из тех необычных экземпляров, которые больше всего ее заинтересовали, — заметила Харгривс, взяв в руки куклу-девочку размером около семнадцати дюймов. На кукле было синее платье из «шотландки», а неаккуратно подкрашенные волосы стягивала сатиновая тесьма. — На этой хотя бы есть товарный знак, она изготовлена в Бруклине фирмой «Моден той» где-то между 1914 и 1926 годами. Мне кажется, что скорее всего в 1915–1916 годах, — добавила она и протянула куколку Соноре.
На кукольном платьице спереди расплылось большое коричневое пятно, но зато белые гольфики, а также желтые туфельки на ножках были на удивление чисты. Пухленькие ручки куклы напоминали по форме барабанные палочки, а пестрые волосы и розовое личико явно уже не раз подкрашивали. У кукольной девочки был такой приторно-сладкий взгляд, что Сонора сразу же почувствовала к ней антипатию.
Сэм взял куклу и пошевелил ее ручкой:
— Опилки?
— Точно. Тело и головка набиты пробкой, а ручки и ножки заполнены опилками и закреплены на шарнирах, — сказала Харгривс, подняв подол кукольного платьица. — Видите это? Специальные диски на плечах и бедрах.
— И как она расплатилась? — поинтересовалась Сонора.
— Наличными, — ответила Харгривс.
— Она купила что-нибудь еще?
— Так, всякую мелочевку для кукол. У меня там стоит целый ящик подобных вещиц, — сказала миссис Харгривс, покосившись на мощные двери позади. — Я подвела ее к нему, и она выбрала все, что нужно. Пойдемте, я покажу вам.
Сонора отобрала у Сэма куклу и одернула платьице на ее коленях.
В задней комнате был голый и выщербленный цементный пол. Рядом с железной кроватью, деревянным индейцем и эмблемой кока-колы стояла металлическая детская кроватка, узкая внизу и расширяющаяся кверху. Шелби Харгривс подошла к обшарпанному желто-зеленому сундуку, отодвинула задвижку и откинула тяжелую крышку. Сонора заглянула внутрь.
Глазам ее открылась пестрая коллекция кукольных глаз всех типов и цветов, ног, набитых опилками, крошечных рук и фарфоровых головок. Здесь же валялась детская плетеная шляпка, разорванный зонтик от солнца и пара очков в оловянной оправе. Там были также разрозненные туфельки из кожи и фетра и несколько малярных кистей, напоминавших скорее заготовки для кукольных голов. Сэм запустил руку в сундук и извлек на свет какое-то странное приспособление, похожее по форме и размерам на зерно воздушной кукурузы.
— А это для чего?
Шелби Харгривс с любовным трепетом дотронулась до серого металлического инструмента.
— Специальное устройство для притирки кукольных глаз. Сделано одной коннектикутской фирмой. С его помощью обрабатывают глазную впадину. Насколько я помню, у нас было еще одно такое, только в гораздо лучшем состоянии, — ответила она, роясь в сундуке. — Я точно знаю, что оно где-то здесь, если только Цецилия не продала его или не запрятала куда-нибудь. Само по себе оно не могло исчезнуть.