Первая мысль, которая у меня появилась — это попытаться всё выяснить у Егора. Только я боялась, что своими действиями вмешаюсь туда куда не следует. Просто необдуманно строить план исходя из того, что у меня малое количество информации по меньшей мере глупо. Шанс подставиться куда больше, чем шанс помочь.
Сегодня сидя на первой паре, я просто пропускала мимо ушей всю лекцию надеясь, что у Никиты всё хорошо. Лика на учёбу не пришла, поэтому даже не могу к ней пристать с расспросами.
Когда все покинули аудиторию, я настолько ушла в себя, что поднялась с места только тогда, когда меня окликнул преподаватель. Хмуро осматриваясь по сторонам и пытаясь не заблудиться следуя к следующему кабинету, врезаюсь в какого-то парня.
— Вот я тебя и нашел, — слышу спокойный тон и поднимаю голову вверх.
Высокий брюнет, с тёмными глазами так и источал энергию силы, тепла и уверенности. Разглядывая его лицо начинаю понимать, что где-то его уже видела.
— Ария, верно?
Молча киваю, пытаясь вернуться в реальность.
— Никиту не видела?
Память мне подкидывает картинку. Точно! Это же тот самый парень с фотографии, которую Никита выложил на прошлой неделе.
— Ты же его друг, верно?
— Точно. Руслан, — сдержанно кивает парень в ответ. — Так видела или нет?
— Сама его ищу. Мягко говоря волнуюсь. С ним всё в порядке?
— В порядке вряд ли. С ним в принципе всё очень плохо. Он просто хорошо скрывается, — тяжело вздыхает Руслан. — Думаю, мне может пригодится твоя помощь.
— Я правда не знаю где его искать, — пожимаю плечами не представляя, чем могу быть полезна.
— Да я не об этом. Предполагаю, что с тобой он будет конфликтовать меньше и будет хоть какой-то шанс его разговорить на что-то адекватное, — по его серьёзному выражению лица с оттенками грусти нетрудно было догадаться, что он и сам нервничает. — Где Никиту искать варианты у меня имеются. Разве что придется тебе сегодня прогулять все свои дела. На это согласна?
— Даже урок по бильярду?
— Даже его. Ну ты сама для себя решай, что тебе сейчас важнее. Помочь парню, который возможно что-то для тебя значит, когда он находится на краю пропасти или быть заинькой-паинькой для своего дяди, — в лице Руслана без труда можно было разглядеть взрослого, рассудительного человека, который взвешивает свои решения и определённо знает чего хочет. — Силой тащить не буду.
Его слова конечно заставили меня задуматься, но ненадолго.
— Я согласна. Поехали.
— Ты на машине? — он как будто не спрашивает, а просто уточняет.
— Да.
— Оставишь её здесь. Поедем на моей.
Киваю в знак согласия, и мы направляемся прочь из университета. Было немного как-то не по себе. Встречаю незнакомого парня и без особых раздумий собираюсь с ним куда-то ехать. Только грамма сомнений внутри у меня не было. Да и Руслан каким-то магическим образом внушал спокойствие и уверенность.
Когда мы устроились в его машине и тронулись с места, решаю, что нам стоит как-то по ближе познакомиться.
— Я смотрю Никита про меня рассказывал.
— Естественно. Я ж его здравый разум. Ему при рождении не выдали, — усмехается Руслан и всё ещё тяжело вздыхает. — Если Никитка будет нести всякую дичь пропускай мимо ушей, ладно? И не злись на него. Либо молчи, либо играй по его правилам.
— Никитка? Мы точно к Анисимову едем, — от выражений Руслана становится как-то неловко.
— Точно.
— А почему он должен нести всякую дичь?
— Потому что, когда Никите плохо он так и делает. Давит на больное. Пытается оттолкнуть. В добавок к этому съедающее его чувство вины вообще усугубляет всю ситуацию.
— Погоди-погоди. Какое чувство вины? — разворачиваюсь к Руслану с пристальным вопросительным взглядом.
— Ну да. Он же тебе ничего не рассказал, — друг Никиты недовольно поджимает губы обдумывая что-то в голове, но спустя минуту решается. — Давай только вкратце. За деталями пойдёшь к Никите. У меня был брат. Кирилл. Он же лучший друг Никиты чуть ли не с момента рождения. В общем… Он заживо сгорел при намеренном поджоге нашего дома. Только его перепутали… Собирались убить Никиту, но там оказался Кирилл по стечению обстоятельств. Они ночью поменялись комнатами, потому что Никита протрещал с Сонькой полночи. Вот Кирюха и пошёл спать наверх. А в темноте они очень сильно похожи. Меня дома не было. Как это было в деталях сказать не могу. Никита не спешит делиться деталями, а речь к Соньке вернулась только полгода назад. Спрашивать её, чтобы морально добить мне что-то не особо охота.
Было видно, что Руслан почти выжимает из себя слова хоть и держится при этом достойно. Переварить услышанное получалось с трудом и большими усилиями. Поэтому я надёжно пыталась зафиксировать в голове важный детали, чтобы окончательно трезво понять, что произошло. Никиту собирались убить, но вместо него убили его друга.
Чтобы ощутить хотя бы тень эмоций Никиты я представила на их месте себя и Дину и слезы из глаз потекли сами. Без всхлипов, без содроганий, просто слезы, которые жгли глаза медленно стекая по щекам. Мне было бесконечно больно за Никиту. В свете новой информации представлять, как ему было одиноко было просто невыносимо. Дело было не сколько в его физической травме, а в его душевной.
Проанализировав снова слова Руслана сознание само собой подкидывает ещё один вывод.
— Дом поджёг Егор? Верно? — спрашиваю сухим голосом без намёка на эмоциональную окраску.
— Кто ж ещё.
От одной мысли, что я поцеловалась с Котовым меня выворачивало наизнанку от отвращения. Каждая клеточка моего тела начала трястись и содрогаться то ли от боли за Никиту, то ли от злости на этого таинственного драматурга. Значит его угрозы определённо не шутки.
Вспомнив надпись, заботливо выгравированную на зажигалке из меня с новой силой, просто посыпался град слёз.
«Не боишься огня, когда закуриваешь?»
Я, конечно, понимала, что в жизни Никиты не всё так гладко, но не думала, что настолько. Значит их игра с Егором длится уже давно. Очень давно.
Руслан понимающе ждал, когда я успокоюсь, чтобы продолжить разговор. Мне же не хотелось верить в этот ужас, но я понимала, что просто обязана помочь Никите. Хоть кто-то должен был его спасти.
— А почему ты его не навещал в больнице? — стараюсь максимально не придавать своему тону оттенок осуждения, но меня по-настоящему начинало злить что Никита во всей этой ситуации совсем один.
— Не мог. Много работал и сидел с сестрой, которая тоже пострадала. И была на тот момент без ног и без голоса, — Руслан и сам не видел в моём вопросе упрёка, а просто спокойно ответил. — Да и его мать никого не пускала. Так сказать, перекрыла кислород. Боялась, что журналисты что-то узнают. Она терпеть не может пиариться на жалости. А в то время это была бы очень громкая новость.
Осознавать, что и Руслану было не лучше вообще печально. Наедине с такими мыслями и пережитыми событиями и с ума сойти недолго. Удивляюсь как у Никиты ещё сохранился здравый рассудок. А сохранился ли?
— Куда мы едем?
— На кладбище. Сначала туда. Сердцем чую что он там. Не знаю почему, — Руслан был по всей видимости до спокойствия вымотан подобными событиями, поэтому не терялся. — Ты как? Полегче?
— Всё нормально. Меня больше Никита интересует, — волна беспокойства увеличилась в разы, теперь было даже сложно представить, что меня по итогу ждёт.
Руслан понимающе кивает и в скором времени мы оказываемся на месте. Найти нужное место на кладбище не составляет труда, так как Руслан до шага знал чётко куда идти. Не мудрено, всё-таки могила его родного брата. Ему сейчас определённо тоже не сладко.
На удивление мы действительно там Анисимова, который сидел, обнимая пустую бутылку спиртного привалившись к надгробию. Его взгляд, еле виднеющийся из-под капюшона, был направлен в никуда. Грязь на спортивной одежде говорила о том, что возможно некоторое время назад он и вовсе валялся на земле. Более морально опустошённого человека, я не видела никогда в своей жизни.