Анисимова, как ни странно, всё не было. А глядя на приближающуюся стрелку к назначенному времени, могу уже с уверенностью гарантировать, что он опаздывает. Пара моих звонков оказались сброшенными в ту же секунду и я мысленно пожав плечами отправилась проводить урок. Стараясь не дать разрастись внутренним возможно напрасным обидам, то и дело поглядывала на дверь. Может у него действительно срочные дела. Всё же Никита ответственный и пунктуальный человек.
На двадцатой минуте от начала урока, он наконец-то появляется. Мы обмениваемся молчаливыми приветственными кивками и продолжаем свою работу. Как обычно. Словно ничего и не изменилось. Поэтому, когда мы занимаемся уборкой зала решаю снять с себя ответственность инициатора диалога. Однако, когда замечаю, как Никита готовит стол к игре зависаю глядя на него. Пусть я ничего и не произнесла вслух, но вопросительно поднятая бровь сделала всё за меня.
— Что? — спрашивает Никита, со сдержанной улыбкой.
— Что ты делаешь?
— У меня есть предложение, — сначала он зависает, но затем излагает свою мысль по итогу поджав губы. — Хотя не совсем так. От предложения можно отказаться, а у тебя такой возможности не будет.
Я прям чувствую в его взгляде, как он ждёт моего неодобрения.
— То есть я не иду домой? — спрашиваю, сдерживая подступающую зевоту.
— Нет, — качает головой Никита.
— Вот как, — подытоживаю, но всё же решаю сопротивляться. — Может твоё «предложение» вступит в силу завтра?
— Нет, — поморщившись снова качает головой Анисимов, словно перебрав возможные варианты в голове окончательно решил, что есть только один исход событий.
— Тебе принципиально сейчас приспичило?
— Чем раньше начнём, тем лучше.
— Что начнём?
— Тренировки. Я буду учить тебя играть в бильярд. Потому что, когда придет час икс и мы будем соревноваться, поддаваться я не буду. Для меня как правило существуют только цель и стол. Людей нет, — его слова порождают в моём теле волну напряжения.
— То есть ты считаешь, что я проиграю? — так-то да, обидно вообще-то.
— Уверен в этом, — получив порцию возмущения в моём лице Никита следом поправляется. — Пока что.
— Вот значит как.
— Да, именно так, Ария. Врать я не буду, — вижу, как Никита раздражается, но всё же старается держать себя в руках.
У меня появляется мысль развернуться и уйти, чтобы не припираться с ним дальше и я почему-то решаю поступить именно так. Однако взяв свои вещи в тренерской и подойдя к выходу натыкаюсь на Анисимова, который облокотился о дверь.
— Так ты заложников берёшь оказывается, — с иронией подмечаю, скрещивая руки на груди.
— Нет. Сначала ты меня выслушиваешь, потом делаешь что хочешь. Договорились? — сухо без тени эмоции говорит Никита, собственно также и смотрит.
— Валяй, — пожимаю плечами, а что терять то особо нечего.
— Я хочу, чтобы ты меня победила. Только в честной игре. Чтобы ты меня прилюдно размазала не оставив и шанса. Что бы в конце соревнований я стоял и думал. Как же так? Меня? Анисимова? Победила девушка? Вы серьезно? — выдержав паузу он продолжил. — Исполнишь моё желание?
Зависаю, глядя ему в глаза встретившись с чистой искренностью. Никита не шутит. Он правда этого хочет. Только как это скажется на его общественном авторитете? Вот главный вопрос?
— Ты уверен?
— Я что-то не понял. Ты хочешь проиграть? — возмущается Анисимов, чуть приблизившись в мою сторону. — Могу устроить.
— А ты хочешь меня на обложку журнала для взрослых? Это тоже можешь устроить? — парирую ему в ответ и разом вспоминаю наши прошлые перепалки.
Вижу как Никита закипает, но с ответом не торопится. Всё же я его сдерживаю. Определённо.
— То есть ты хочешь проиграть и не выполнять условия пари? — подводит он итог. — Соревновательный дух ты где потеряла?
— Да на месте он, — выпаливаю я, а затем замираю мысленно успокаиваясь, так как понимаю, что в формате скандала с Анисимовым далеко не уйдёшь. — Просто ты… Тренировать… Так можно вообще? Мы ж соперники? Это уже не совсем честно. И, по-твоему, я настолько плоха?
— Нет не плоха, — неожиданно мягко отвечает Никита. — Иди и сыграй сама с собой партию. А я посмотрю. Только не упрямься. Ладно?
Сделав глубокий вздох и обернувшись на ожидающий меня стол возвращаю взгляд к Никите.
— Ладно.
Скинув вещи на стулья, расположенные у одной из стен, беру кий, возвращаюсь к столу и принимаюсь играть. Было немного странно играть под внимательным взглядом Никиты. Я то и дело поглядывала в его сторону, но всё же старалась сосредоточиться на игре. Получалось как получалось, но шла я достаточно неплохо. Так что прошло не так много времени, прежде чем я загнала последнюю чёрную восьмерку в лузу.
Анисимов молча подошёл к столу выставил снова шары в пирамиду и отошёл назад.
— Ещё, — просит он, не сбивая свой анализирующий настрой.
Второй раз не замечать его вышло намного легче, но игра немного затянулась. Возможно, не так повезло с расстановкой шаров во время игры, после первых разбивающих ударов. Затем Никита вернул стол в первозданный вид в третий раз, но взял в руки кий.
— Теперь против тебя? — с недоверием спрашиваю у него, так как только один Анисимов знает, что у него в голове.
Никита молча кивает, и мы начинаем. Только в этот раз он определённо не поддаётся, что видимо делал тогда в клубе. Поэтому через минут пять, когда ему остаётся забить только чёрный шар я мысленно сдаюсь. И после своего промаха терплю громкое поражение. Глядя на то как играет Анисимов, в моей голове начали разгуливать сомнения.
— Может ты и прав, — а может и я устала, хотя…
— Ты владеешь кием хорошо. Только используешь это неправильно. В добавок ко всему у тебя очевидно чем-то забита голова. Любой спорт — это концентрация. Ей ты обладаешь, но что сейчас тебя так заботит? — на удивление сам Никита был спокоен и рассудителен, что было как-то не по себе.
— Просто ты так смотришь…
— И что? Ты должна оценивать максимум тактику игры соперника и концентрироваться только на том, что происходит на столе. Все будут смотреть, а я в особенности. Я понимаю, что ты сейчас устала и явно не в лучшей форме. Но тем виднее ошибки, которые ты допускаешь, — Никита всё больше и больше убеждает меня в нужности своей затеи.
— Ладно. Сдаюсь. Будь моим наставником.
— Вот и отлично. На сегодня мучать тебя больше не буду. Пройдёмся только по твоим ошибкам. Первое: ты стараешься взяться даже за самые сложные удары в надежде забить, хотя браться за них очевидно не стоит, а лучше позаботиться о качестве отыгрыша и оставить меня ни с чем. Второе: слишком много думаешь и рано сдаёшься. Семь — не восемь. Или думаешь я не заметил, как потух твой взгляд, когда мне одна восьмёрка осталась? Запомни мою фразу пожалуйста. Ты мне ещё не проиграла. И пока не будет забит финальный шар никогда не сдавайся и выгрызай победу, кем бы ни был твой соперник. Третье: не забывай анализировать то, как играю я. Потому что своей игрой и дальнейшей тактикой ты можешь повлиять на мои действия. Ты ведь могла выиграть. Могла. Я это видел, а значит есть с чем работать. И ты можешь меня победить. Я это тоже вижу. Вдобавок ко всему, не забывай, что у меня болит рука. Это тоже может сделать своё дело. Так что мои удары не будут такими безупречными как у тебя, но твоя тактика слабее моей. Плюс надо усиливать концентрацию. Ты сильный соперник, но не мыслишь в соревновательном ключе.
Зависаю, переваривая сонным мозгом всю информацию. Блин. Надо законспектировать. Но чёрт возьми Никита прав. Вот после того как он указал на все эти делали я их заметила. Может и знала о них внутри себя, но не обращала должного внимания.
Никита тяжело выдохнул и подошёл ко мне.
— Давай сюда ключи от машины. Отвезу тебя домой, — его взгляд поменялся на мягкий и заботливый. — Нужно же её наконец-то забрать с университетской парковки.
Я настолько устала, что даже не против что он сядет за руль. Поэтому порывшись в своей сумочке добровольно сдаю свои ключи.