— Ну, и город в мире не один, где есть медицинские школы, — подал голос дубль-Роман.
— У нас студентов всегда в первую очередь смотрит Максим Ростиславович, — отдала руль в руки Левашову.
— Можно поездить с каким-то простеньким курсом, но чтобы было видно интерес и навыки,- потер подбородок Левашов. — Я подумаю.
— Мы готовы обеспечить любой уровень поддержки, — тут же включилась копия Ромы.
Любой?- усмехнулась Паркман.
— Фактически — да, — за очками блеснули глаза. — Я представляю весьма солидных людей. Очень крупный… хм, бизнес.
— Действительно очень крупный, — подтвердил Садыки.
— Фармацевтика? — прищурилась Лера.
— И не только, — улыбнулся в ответ политик.
— Ну что же, мы обдумаем, как можно двигаться, — не стала углубляться в тонкости Паркман.
— Надеюсь на тебя, красавица, очень надеюсь, — араб поднялся из кресла дорогого ресторана, где они провели почти полтора часа, склонился к Валерии, чтобы взять руку и поцеловать, снова обратился к Максиму.- Я просто старик.
— Во второй раз я не поверю, — спокойно ответил Левашов.
— Твой друг умен, красавица. И свое отстаивает, — одобрил мужчина. — Хороший выбор сделала ты. Хороший выбор сделали мы.
Проводили взглядом уходящих, переглянулись.
— Как тебе авантюра, Макс? — Лера погладила собачку, которая все время продремала на коленя
— Авантюра как авантюра,- пожал плечами Левашов. — Мое дело работу работать. Твое, кажется, тоже.
— Ты же понимаешь, что они не за медицинскими кадрами заходят? — уточнила Паркман.
— Это нам, полагаю, пока не очень важно, — в зале ресторана звучала тихая музыка, кресла и диванчики обитые приглушенными с крупным растительным узором тканями, казалось, дополнительно съедали звуки.
— В душе ты, смотрю, бандит, Максимка? — прищурилась женщина.
— Я просто бандит,- рассмеялся Макс. — Пошли отсюда. Отдохнуть надо. Предлагаю — ко мне.
— Ко мне, — не согласилась Лера.- Искру надо покормить.
— Ну, к тебе так к тебе, — не стал спорить, хотя идея завалиться на кровать, где спит Ромка, судя по промелькнувшей гримасе, Максу не понравилась.
Стало очевидно, что ей нужно свое жилье. Без Романа. И знаете, если вопрос решается деньгами, то это совершенно не проблема. Через две недели в шаговой доступности от Клиники, в очень дорогом жилом комплексе была сдана маленькая квартирка, состоящая по сути из дивана, ванной и окна. Лера выбрала это место за тень деревьев во дворе тремя трехэтажными домами. Как въехала, ее будто обнял дворик за плечи. Он был непохож на другие районы новостроек, где вместо жилого пространства для людей были отсеки хранения трудовых единиц. Городам, где скучковались миллионы душ, попросту не хватает души на всех. В выбранном Лерой месте была душа, а значит жизнь.
В общем-то, Валерия Паркман затеяла побег. Не первый в ее жизни. И нуждалась в поддержке стен, деревьев, домов, возможно, не меньше, чем людей.
Глава 34
Для Левашова эта гонка по прямой началась не меньше года назад. И тогда все время казалось, что только чудом Роман не отрывается с большим преимуществом, хотя, может,и не совсем так. Может, Ромка просто в тот момент был вне игры, о нем речи не шло. Но Левашов со всей дури давил на газ, доказывая, что положиться на него можно ничуть не меньше, чем на Жданова.
Лера сказала - два года. Макс ответил — годом больше, годом меньше. Но хотел, чтобы меньше. Ладно, пусть не годом, пусть даже месяцем, но меньше. И работал без отдыха. Столько, сколько налетал и наездил за это время, кажется, не путешествовал вообще. Уезжал, чтобы возвращаться. Знал, что ждет — в Клинике, Реабилитации, в крошечной каморке с никогда не складывающимся серым диваном, с которого можно считать ночные звезды, глядя в окошко, пока в обнимку отдыхаете.
Сразу понял, что ему не нравится оказываться в Лерином доме. Раньше любил, очень. В те давние времена, когда сидели на кухне, то вдвоем, то с Даней, то мама Леры присоединялась, чтобы послушать профессиональную болтовню врачей, обсуждали грядущие или прошедшие операции, а потом Лерке под бок забирался маленьким котенком Яша и становилось совсем тепло и ласково. Сейчас квартира была полна неприятных пониманий - вот кровать, на которой ее; вот ванная, где Ромка пялится на Леру, а потом делает больно. Из всего запомнил только, что Роман любит, когда ей больно. Да и вообще, мужские вещи, присутствие мужчины, который тут по праву. А Левашов — так, пролетом.