— Вот почему бы не пройти по красной дорожке в шубе, тем более привезла, — возмущался Макс, выглядывая в окно гостиничного номера Паркман в ожидании своей спутницы. — Ни разу не летняя погода, чтобы оголять плечи!
Не хватало Лере мериться мехами с олигархиней. Очевидно, у той шуба будет лучше. Ну и зачем тогда? А простыть Паркман успела еще в самолете, так что терять было нечего.
— Я хочу быть красивой! — повернулась у зеркала оценивая вид в вечернем наряде, как обязывал дресс-код мероприятия.
— Ты и без того была бы красивой, а в шубе еще и незамерзшей, — судя по взгляду Левашова, его полностью устраивало и длинное алое платье, и открытые плечи и зона декольте, и волосы, собранные во что-то замысловатое, а больше всего высоченная шпилька, на которой Валерия была ему ростом почти до виска.
Хоть и шмыгала носом, а хотела быть неотразимой. Даже не в побоище с соперницей, а чтобы поймать вот такой взгляд, каким смотрит Максим. Ну, и радовало, что Ромку никто не пригласил на мероприятие. а ей отчего-то и в голову не пришло брать его в качестве “плюс один”. И можно всласть наругаться с подчиненными не только в рабочее время.
— Одна радость, — продолжал ворчать Левашов, подавая сосудосуживающие капли Лере, — после этого безобразия хоть полечишься в праздники,а не на работу будешь мотаться.
— И ты от меня отдохнешь! — съехидничала в ответ.
— Придется, раз уж ты пока не готова менять друзей, — потрепал по плечу.
Он, наверное, даже поддерживал так, но стало обидно, что все у Макса легко и понятно. С болезненным состоянием появлялись слабость, капризность и близкие слезы. Последние и накатили в ответ на его полушуточку.
— И это дает тебе индульгенцию, чтобы заводить новых подруг! — огрызнулась на любовника.
— Наша песня хороша, начинай сначала, — обреченно махнул рукой мужчина.- Поехали уже светить лицами.
У них была официальная часть. Потом банкет. На банкет приглашение у роскошной дамы тоже было, ее муж не забывал про свою “плюс один”. Так что дамочка была на месте. Лера сделала все, чтобы держаться от Левашова подальше. Заинтересованная женушка хозяина жизни устремилась при первой возможности к Максу поближе. И скажите после такого, что интересов личных не питала!
После пары бокалов вина женщина недвусмысленно приблизилась к объекту обожания, а несчастная и влюбленная Лера наблюдала картинку, пытаясь общаться с представителем министерства здравоохранения. Стоит ли говорить, что из той беседы не помнила совершенно ничего?
Судя по виду Максима, он, мягко говоря, недопонимал, что от него хочет экзальтированная дама. Кивал головой, очень смущался, снова кивал, а потом аккуратно прикоснулся к локтю собеседницы и направился в сторону Паркман и ее собеседника.
— Валерия Владимировна, тут вырисовывается задачка, — вежливо обратился к начальнице, предлагая отойти.
— Да, и какого рода? — чуть не прибила взглядом Макса, а потом от души прокатилась с головы до носков туфель дамочки.
— Стефания озабочена будущим своей дочки, — легонько улыбнулся. — Мики, да?
Максим ласково посмотрел на спутницу, которая даже на каблуках едва доставала ему до плеча. Тоненькая и маленькая, вполне во вкусе Левашова.
— Видите ли, Микаэла? — начала, хлопая нарощенными ресницами приведенная собеседница, она моя радость. И гордость, но… понимаете, дети же не всегда похожи на матерей.
Показалось, Левашов прыснул, но сделал это так, что выглядеть продолжал внимательно внимающим говорившей, а не ржущим до слез над ней и Лерой заодно.
— Понимаю, — озадаченно проговорила Валерия.
— Мика, знаете, она скорее в папу. И это же придется обязательно исправлять, ну, девочка должна быть красивой, вот? — щебетала мать несчастной Микаэлы. — А у Мики, у нее, ну, ушки. У нее ушки торчат. И было бы хорошо, если бы вы могли исправить. И вот, Максим Ростиславович так хорошо мне самой помог, подсказал. Я же импланты поменяла в подбородке и стало прямо значительно интереснее. И вот ушки Мики, это же, наверное не очень сложно, но если сложно, мы заплатим! Мы за все заплатим.