“Нури”, как зовет ее Дильназ появилась у нас восемь лет назад. Она не только помогала по хозяйству, но и нянчила Дилю, и очень к ней привязалась. Шесть дней в неделю она с нами до вечера, а в воскресенье - с мужем. Их дети работают в столице, поэтому они живут вдвоем. А мы без Нурии уже не можем - настолько с ней сроднились.
-Да, Зарочка, - кивает она и ждет, пока я разденусь и уберу пальто в шкаф.
Туда же, на полку ставлю сапоги. Люблю порядок и чистоту. Ненавижу разводы на белой плитке и стараюсь следить, чтобы и дочь все за собой убирала. Смотрю на себя в зеркало, поправляю волосы, сметаю с платья невидимые пылинки и делаю решительный шаг вперед.
-Подожди, - Нурия берет меня за руку. - Мне кажется, она не в себе.
-Да, она тупая идиотка, которая хочет увезти моего мужа, - горько смеюсь я.
-Нет, Зара, - качает головой женщина. - Что-то с ней не так. По глазам увидела. Шальные они у нее, - чуть наклонившись, шепчет, - Будь осторожна.
-Она что-то говорила? - также тихо, будто нас кто-то услышит, спрашиваю.
-Нет. Но помяни мое слово: добром это не кончится.
-Сейчас разберемся, - делаю глубокий вдох и иду в кабинет.
Открываю дверь и попадаю в обитель Карима - место, где он часто засиживался допоздна. В отличие от других комнат, кабинет выполнен в темных тонах и мебель подобрана строгая, больше подходящая мужчине. Стол у окна, стеллаж с книгами по правую сторону, кожаный диван по левую. На нем и сидит незваная гостья. Рядом, как надзиратель, стоит Дастан. Охрана в доме - то к чему мы с детства привыкли. В 90-е мою старшую сестру чуть не похитили прямо со школы. С тех пор в наших с Каримом домах всегда работали ребята из Службы безопасности.
-Дастан, спасибо, - обращаюсь к нему с улыбкой. - Подожди в коридоре. Я позову.
Он молча кивает и уходит, закрыв за собой дверь.
Не глядя на Линару, прохожу к столу, сажусь в кресло и жестом приглашаю ее сесть напротив. Она цокает, встает с дивана и убирает длинные волосы за спину. Вспомнила, как на свадьбе сказала Кариму, что у Санжара красивая молодая жена. Он только хмыкнул. Девочка и вправду очаровательная: белая кожа, выразительные глаза, острые скулы и раскосые глаза хитрой лисички.
-Зачем пришла? - вскидываю подбородок и слегка касаюсь его пальцами.
-Поговорить. Открыть тебе глаза, - Линара упирается руками в подлокотники стула, закидывает ногу на ногу.
-Так ты открыла. Что дальше? - из последних сил держусь холодно и отстраненно.
-И что ты так и будешь делать вид, что ничего не произошло? Я живу с твоим мужем год. Я жду его ребенка, - ехидно выплевывает Линара.
-А что у тебя совесть проснулась? Хотя нет, - цокаю я и кладу руки на стол. - Откуда? Кроткая вдова, которую все вокруг жалели, прыгнула в штаны к богатому брату. К тебе Санжар в кошмарах не приходит, нет?
-С**а, - шипит токал.
-За с**у ответишь. Могу отдать тебя охранникам. Слышала, ты им понравилась, - блефую я, неся просто лютую дичь. - Милая у тебя мордашка, Лина. Помню, как ты невинно опускала глазки, когда кланялась нам на своей свадьбе.*
-Ты думаешь, если родилась в богатой семье, все у тебя будет в шоколаде, да? А вот пришла такая простушка и легко увела у тебя мужа. А хочешь узнать, где и когда у нас было в первый раз?
Ее слова вызывают лишь дрожь отвращения. Не могу остановить ее - онемела. Не хочу слышать, но хочу знать, когда Карим переступил черту и запустил процесс разрушения нашего брака, нашей любви.
-Мы остались одни в офисе. Он попросил сделать ему кофе. А потом он же залил ковер, а разбитая чашка валялась на полу, потому что он брал меня прямо на своем столе, а потом на кожаном диване. И когда приезжал в город, он только для галочки останавливался в отеле, а ехал ко мне, потому что ему всегда была мало. И знаешь, что он говорил мне,м? “Ты ох***но красивая”.
Сжимаю кулаки и до боли впиваюсь ногтям в кожу. Он говорил мне тоже само в минуты близости, а я от его грязных слов еще больше загоралась. А потом вспоминаю слова Аслана о том, что он застал их целующимися в кабинете. Так значит, они все-таки трахались там.
-Что-то еще? - цежу сквозь зубы.
С довольной гримасой она открывает сумку, запускает в нее руку и вытаскивает телефон. Прикусив губу, водит по дисплею пальцем, а потом кладет его на середину стола. Сохраняя спокойствия, беру смартфон и у меня моментально темнеет в глазах. На экране - фото моего спящего мужа. Карим лежит на животе, спрятав руки под подушку. Ошибки быть не может - это точно он…и его татуировка в виде китайского иероглифа, обозначающего силу. Он сделал ее на спор, когда учился в университете. Сразу же вспомнилось, как я водила по ней пальцем и ему это безумно нравилось.