Местность изменялась мало. По-прежнему вокруг зеленели холмы, на юге бурлила грязно-желтая полая вода, только на западе обозначились голубые очертания Скалистых гор. Ихазапу и Часке Хапеда больше не видел, и сигналов они ему никаких не подавали, но он был уверен, что они тайно следуют за ним.
Наступал вечер. Луга блестели в лучах заходящего солнца. Драгуны разбили бивуак. Они жгли костер, подогревали консервы и отпускали шуточки, которых Хапеда не понимал.
Скаут подозвал мальчика к себе и стал обстоятельно расспрашивать. Хапеда рассказал, как их преследовал Рэд Фокс, рассказал о переправе, ужасы которой ему не надо было выдумывать. И рассказ его был вполне убедителен.
— Оставайся у нас, — повторил скаут, — служи не за страх, а за совесть, и станешь таким же опытным разведчиком, как Шеф Де Люп или как Гарри. Смышленые юноши нам нужны.
— Да, я хочу стать таким, как Гарри, — подтвердил мальчик, и скаут не обратил внимания, какое значение приобрели эти слова в устах дакота.
Вокруг не смолкали шутки, шли и серьезные разговоры:
— … три ранчеро с остатком скота спаслись от полой воды… и охотник на бобров, который промышлял в этой местности… С ними несколько ковбоев, женщина… — уловил Хапеда и этого было достаточно для живого воображения маленького пленника: «Охотник на бобров… уж не Адамс ли это? Адамс как раз должен ждать нас в этих местах».
Стемнело. Солдаты поставили для лейтенанта палатку, а сами завернулись в одеяла и устроились на лугу. Лошадей не расседлывали, их собрали вместе и охраняли. Хапеда, не вызывая никаких подозрений, улегся среди солдат. Он точно запомнил, как распределили вахту. С полуночи до двух часов охрану нес скаут. В это время Хапеде нельзя было ничего предпринимать. Если улизнуть раньше, скаут заметит его отсутствие, как только пойдет на вахту. Таким образом, Хапеде оставался небольшой промежуток времени между двумя часами пополуночи и восходом солнца.
Юный дакота закрыл глаза и заставил себя заснуть: надо было беречь силы. Он не сомневался, что сможет в нужное время проснуться, к этому он был приучен. Белые люди считали, что маленькие индейцы ничему не учатся. Они глубоко заблуждались. Индейские дети проходили основательную, суровую школу. С четырех лет Хапеда учился скакать на лошади, стрелять из лука, выслеживать дичь и врагов. Он научился владеть собой, переносить голод и жажду. Он узнал историю своего племени. Он мог объясняться на языке жестов. Он умел изготовить стрелы, поставить палатку, мог ориентироваться в незнакомой местности. Еще несколько лет — и он станет воином…
Эта в полусне возникшая у Хапеды мысль заставила его вздрогнуть. Нет, он никогда не станет воином. Не станет потому, что род Медведицы будет теперь разводить пятнистых бизонов и жить в мире со всеми хорошими краснокожими и белыми людьми. Со всеми хорошими… Но ведь среди людей немало алчных хищников, и Хапеде еще пригодится его мужество, даже если бороться с ними придется и без оружия!
Скаут с двумя драгунами нес вахту у коней. Хапеда не подавал вида, что проснулся. Он продолжал лежать не шевелясь и внимательно за всем наблюдал.
Пришло время, и бородатый скаут отправился спать. Он присмотрел себе закрытое от ветра местечко за палаткой лейтенанта, укутался в одеяло и сразу, как можно было судить по его равномерному дыханию, заснул. Хапеда подождал еще некоторое время. На вахте остались два молодых драгуна. Они уселись у лошадей и принялись болтать. Мальчик притворился, что ему плохо. Он поднялся и, не скрываясь, но совершенно бесшумно, пошел за палатку, в сторону, противоположную той, где улегся скаут. Когда палатка скрыла его от драгун, он лег и пополз по траве.
Хапеде часто приходилось ползать таким образом, но сейчас нужно было проявлять величайшую осторожность. К счастью, высокая трава хорошо укрывала его маленькую тощую фигурку. Вахтенные, кажется, даже и внимания не обратили на то, что он больше не появился из-за палатки. Они сидели уставившись в темноту и болтали. В ночной тишине Хапеда еще долго слышал их голоса.
Удалившись на безопасное расстояние, он перевел дух. О, если бы Ихазапа или Часке были поблизости, если бы они хотя бы догадались о его побеге! Хапеда вполз на холм и затявкал койотом. У рода Медведицы это был условный сигнал разведчиков.