Спустя два дня Грозовое Облако стала свидетельницей того, как эти трое, которых девочка мысленно называла жалкими предателями, получили патроны для своих винтовок, покинули воинов Медвежьего племени и перешли во вражеский отряд на правах разведчиков-скаутов.
«Какой позор! Какой позор!» – думала Грозовое Облако, бледнея от гнева.
Погода переменилась, дни стояли ясные, похолодало. На севере взгляду открывались даже далекие скалистые, поросшие лесом вершины Черных холмов, природные богатства которых стали для племени дакота проклятием, так как привлекли внимание бледнолицых. На западе виднелась длинная гряда Скалистых гор. Поезд по-прежнему двигался на северо-восток.
Капитан Роуч отделился от конвоя и вместе с частью отряда ускакал в восточном направлении. Несмотря на осенний холод, прерия в эти дни становилась все оживленнее. Множество патрулей, небольшие отряды драгун, разведчики внезапно появлялись и так же внезапно исчезали. Медвежьему племени попадались следы других групп дакота. Время от времени встречались и отдельные караваны, тоже влившиеся в единый скорбный поток направляемых в резервации. Однако конвой не позволял отдельным группам индейцев приближаться друг к другу.
Поезд Медвежьего племени набрел на маленький ручей. Он почти обмелел и пересох. Мужчины, женщины и дети племени страдали не только от голода, но и от жажды. Мустанги охромели от непосильного напряжения. Хавандшита лишился сил, упал наземь и вынужден был сесть на коня. Со слезами глядела Монгшонгша на свое дитя, которому не могла дать вдоволь молока; крохотное детское тельце, казалось, усыхает у нее на глазах. Грозовое Облако стиснула зубы, стараясь не показывать, что происходит у нее в душе. Ни враги, ни предатели не должны были узнать об этом.
В эти дни Красный Лис куда-то ускакал, оставив колонну дакота. Шонка, Татокано и Красное Крыло уехали вместе с ним.
Чапа Курчавые Волосы объяснил, что они уже добрались до резервации. Никакой границы Грозовое Облако не увидела, но заметила вдали несколько деревянных домов. Вероятно, это и было «агентство». Это новое слово Грозовое Облако узнала от Чапы. Там будет жить Красный Лис, оттуда он, правая рука Джонса, будет повелевать индейскими воинами, их женами и детьми.
В этой песчаной, засушливой, поросшей скудной травой местности, где предстояло поселиться дакота, встретились несколько индейских караванов. Драгуны и вольные всадники больше не торопили их, не заставляли идти дальше. Медвежье племя часто делало привал. Лошади щипали сухую траву. Собаки выли от голода; многих из них забили. Одна умная серая сука заметила это и стала теперь, не отлучаясь, держаться возле белой кобылы Уиноны. Черный волкодав исчез после того, как не вернулся его хозяин.
Однажды в полдень, когда голубое небо покрывали серо-белые облака, а колонна дакота опять остановилась в нерешительности, с юго-востока, со стороны «агентства», к ней подскакал отряд драгун. Грозовое Облако недоверчиво поглядела на галопом мчащихся к ним бледнолицых.
Группа, в составе которой находились и несколько штатских, осадила коней. Послышался громкий приказ. Бобр быстрее всех понял английские слова и вскричал: «Дети! Защищайте наших детей!»
В мгновение ока женщины сомкнули вокруг детей кольцо, словно бизоны или мустанги, защищающие своих детенышей. Некоторые мужчины схватились за винтовки, к которым у них не было патронов, решив бить врагов прикладами. Другие вытащили из ножен кинжалы, занесли над головой боевые топорики-томагавки или дубинки. Четансапа и Чапа стали во главе индейцев.
Грозовое Облако и Ящерка вместе с Часке и Хапедой оказались внутри спасительного круга. Мальчишки вооружились камнями.
Драгуны подскакали вплотную к дакота.
Их предводитель приказал выдать им детей. Один из штатских заявил, что их научат читать, писать, возделывать поле и молиться. Громко и убежденно описывал он преимущества учебы в школе-интернате.
Когда он замолчал, лейтенант снова повелительным жестом велел дакота подчиниться.
– Пока мы живы, вы не отнимете у нас детей! – вне себя вскричал Чапа.