Делавар поднялся на ноги. Он попросил у Уиноны немного сырого мяса и вышел из вигвама. Хапеда и Часке отправились вместе с ним, чтобы помочь ему во время рыбной ловли. Сначала они наведались на пастбище в табун и выдернули из лошадиных хвостов несколько длинных волос. Из них они связали тонкие, но прочные лески. Сгодились и ветви ивняка, растущего на берегу реки, и вскоре мальчики изготовили удочки. Рыбаки забросили лески. Делавару повезло первому. Хапеда тоже скоро смог похвастаться добычей, а вот Часке пришлось уйти с пустыми руками. Двух пойманных рыб для начала было довольно, и потому Тобиас с мальчиками вернулся в вигвам.
Вождь покрошил рыб и пальцами, которые так и норовил пососать его приемыш, принялся проталкивать пищу ему в глотку. Медвежонок проглотил рыбу и стал жадно требовать еще. Токей Ито одержал победу.
Удивительные приключения этого дня так взволновали Хапеду и Часке, что они долго не могли успокоиться, и воинам пришлось сурово напомнить им, что пора идти спать. Было уже за полдень, а вечером решили сниматься с лагеря. Воля вождя опять считалась законом.
Словно прочитав мысли друга, Хапеда тихо спросил Часке:
– Ну что, вместе?
– Да, – отвечал его названый брат.
Тогда оба они заползли под одно одеяло, чтобы в этот день заснуть рядом.
Проснувшись вечером уже в сумерках, они почувствовали себя отдохнувшими и полными сил и тотчас же принялись искать глазами медвежонка. Он лежал рядом с ними, завернутый в одеяло, сытый и довольный. Он с любопытством покосился на мальчиков. Пока они разглядывали медвежонка, женщины сложили их постель и убрали вместе с остальным скарбом. Мальчики выбежали из вигвама, торопясь на закате еще раз искупаться в реке.
Когда они вернулись, женщины успели уже совлечь с жердей кожаные стены шатра. Дакота снимались с лагеря. Только один вигвам оставался еще нетронутым – вигвам Бобра. Вокруг него в растерянности металась Грозовое Облако; казалось, она не может решить, войти ей или нет.
– Подойдем к ней, спросим, что случилось? – предложил Часке, и Хапеда согласился.
– Ах, это вы, – произнесла девочка с отсутствующим видом. – Что же мне теперь делать? В вигваме никого нет. А я не могу разобрать его одна.
– А где же твои матери? И твои сестры? – удивленно спросил Хапеда.
– Не знаю.
– Не знаешь? – Хапеде с каждой минутой делалось все тревожнее. – И давно они исчезли?
– Даже не знаю. Последний раз я видела их утром, на исходе той страшной ночи, когда она кричала во сне. А утром Унчида нашла нашу старую мать в зарослях ивняка у реки и увела ее оттуда. А потом Пестрая Корова со всеми моими матерями и сестрами ушла в лес, я подумала, за кореньями или за охотничьей добычей Чапы. С тех пор я больше не видела своих матерей. Я же спала у вас в вигваме.
Побратимы по-настоящему испугались.
– Ты должна рассказать об этом Чапе и вождю! Разве твой дядя еще об этом не знает?
– Нет. Он ведь тоже перебрался в вигвам Токей Ито. Откуда же ему знать?
Девочка побежала искать дядю, а мальчики передали эту весть своей матери. Услышав об исчезновении Пестрой Коровы, ее дочерей и внучек, она, судя по всему, тоже встревожилась.
Снарядили поиски, но матерей и дочерей из вигвама Бобра так и не нашли, они как в воду канули. Вождь созвал своих следопытов и разведчиков. Ихасапа вспомнил, что видел женщин под предводительством Пестрой Коровы в лесу: они брели на север. Впрочем, он ничего не заподозрил, решив, что они отправились в лес за обильной охотничьей добычей Бобра.
Мужчины, собравшиеся вокруг Токей Ито, задумались.
– Они меня ненавидят, – промолвил вождь, – и намерены переметнуться к врагу, чтобы нас предать. Золотоискатели где-то рядом. Снарядите погоню за изменницами, – приказал он Бобру и Тобиасу. – Наверное, их следы еще хорошо различимы на снегу. Они опередили нас на два дня и одну ночь, но, может быть, вы еще успеете их догнать, пока они не навлекли на нас беду.
Оба воина бросились в погоню.
Безмолвно, в предчувствии грядущих опасностей, Медвежье племя после заката снялось с лагеря и потянулось на запад.
Хапеде разрешили взять медвежонка к себе на волоку, запряженную рыжей кобылой. Часке, сидя на своем мустанге, следил за тем, чтобы медвежонок вел себя спокойно.