– Они уже выдвинулись против нас. Они собираются отовсюду, потому что у них есть одна тайна, и с ее помощью они могут разговаривать на расстоянии. Будет опять как на войне.
Женщины в ужасе воззрились друг на друга. Как на войне!
Жимолость закрыла лицо руками:
– Нам никогда не уйти за Минисосе!
– И в этом виноваты вы, вы! – вне себя выкрикнула Грозовое Облако. – Но я больше не вернусь в резервацию!
Уинона одобрительно взглянула на девочку, которую опекала и чувства которой сейчас всецело разделяла, а потом отвела руки Жимолости от лица.
– А почему ты опять вернулась к нам? – спросила она у той.
Жимолость проглотила комок в горле и отерла слезы.
– Там был один волосатый, – произнесла она, – он хотел взять меня в жены, и потому я вечером убежала. Чапа нашел меня в лесу; я совсем изголодалась. Я боялась, что он меня убьет, но он взял меня с собой и сказал, что я могу остаться с вами.
Последнее признание Жимолость прошептала едва слышно. Она боялась враждебно настроенных женщин и чувствовала на себе презрительный взгляд младшей сестры.
– А откуда у вас лошади, на которых вы сюда прискакали? – в наступившей тишине спросила Монгшонгша.
– Шеф-де-Лу отобрал их у бледнолицых, которые приехали добывать золото из горного камня. Он сказал, что нам нужны эти кони.
– Да уж понятно, что коней вы угнали у бледнолицых. А враги уже близко? – продолжала настойчиво выспрашивать Монгшонгша.
Жимолость кивнула:
– Да, те, что идут с Найобрэры и из резервации, из мест восточнее Черных холмов, уже совсем близко. Чапа говорит, в каких-нибудь сутках езды от нас. Мы изо всех сил гнали наших мустангов, понукали пятками, чтобы предупредить вас как можно быстрее. У врагов хорошие кони, с ними нет женщин, они не везут вигвамы!
– А их много?
– Бобр говорит, пятьдесят: тридцать Длинных Ножей и двадцать из лагерной полиции.
Грозовое Облако, глубоко вздохнув, отошла от стайки женщин и девушек. Она взглянула на вождя и его воинов, которые сидели, собравшись в кружок, и что-то обсуждали, и поняла, что совет их завершается: мужчины уже расходились, а вестника отправили обойти всех соплеменников по очереди. Грозовое Облако услышала, что он объявил. Женщинам и детям под защитой Токей Ито и его воинов надлежало тотчас же двинуться дальше. Всего семерым воинам было приказано остаться вместе с Четансапой и отнять у преследователей коней.
В мгновение ока индейская колонна выстроилась снова и тронулась в путь.
Тем временем Четансапа и его немногочисленные спутники посмотрели, как снимаются с лагеря и идут дальше родственники и друзья, проводили их взглядом, повернулись и направились к небольшой рощице.
– Поищу-ка я себе надежное укрытие, – заметил Четансапа делавару. – Я хочу затаиться здесь и подождать, пока не покажутся преследователи. Здесь они впервые обнаружат наши следы и остановятся.
Тобиас Шеф-де-Лу уже осмотрелся. Четансапа оглядел место, которое делавар счел подходящим. Ручей глубоко размыл берег под корнями кустарников и деревьев; при нынешнем невысоком уровне воды под нависшим берегом сохранялся проем, отчасти заполненный тающим снегом и скрытый свисающими корнями и старой травой. Черный Сокол довольно усмехнулся.
– Хорошо! Я останусь здесь, а вы отправляйтесь на юг. Ступайте в обход, зайдите преследователям в спину. Думаю, вечером они станут лагерем именно здесь.
– Хау.
Четансапа заполз под нависающую кромку берега. С его высоким ростом и худобой спрятаться там ему было нетрудно. Облепленные землей корни закрывали его, как занавес, а Шеф-де-Лу нагромоздил перед его укрытием горку полузамерзшего снега. Вскоре снег начнет медленно таять, и любые следы, которые позволили бы узнать в этой горке дело рук человеческих, исчезнут. Довольный результатом своих усилий, делавар отправился в путь вместе со Старым Вороном и обоими его сыновьями, Сыном Антилопы и Острием Копья. Четансапа остался один в своем укрытии. Он еще раз ощупал ружье, которое передал ему младший Ворон, убедился, что на него не попадет влага, и поудобнее вытянул ноги. Он прислушался к трелям жаворонка и к свисту дрозда на сливе. Судя по пению, птиц ничто не тревожило и не пугало, а значит, врагов поблизости не было. Да и согласно донесению Бобра Длинные Ножи не успеют явиться до вечера.
В ожидании их Черный Сокол провел много часов, подремывая. Он предпочел бы сидеть на дереве, высматривая врагов. Однако в одиночку он не сумел бы снова замаскировать свое укрытие так ловко, как это сделал Шеф-де-Лу, и потому вынужден был ютиться в холодной и мокрой дыре.