Вождь залег в глинистой впадине и снова стал наблюдать за окрестностями. Укрытие у него было надежное, а обзор оттуда даже в лунном свете открывался отменный. Для меткого стрелка он занял непревзойденную, благоприятную позицию. Главная ошибка врагов состояла в том, что они сами не сделали этого, пока Токей Ито сражался с Красным Лисом. Но все они были совершенно уверены в победе своего предводителя. Теперь им предстояло рискнуть – попробовать подобраться к индейцу на открытой местности. До тех пор пока они не решатся спешиться и все вместе подкрасться к нему, окружив его, ему почти ничто не грозило. В колчане его помещалась сотня стрел, да еще теперь он, добыв в бою, завладел ружьями и достаточным количеством патронов. У него была лошадь, которую при необходимости он мог забить, чтобы питаться ее мясом и пить ее кровь. К тому же он предусмотрительно заготовил два бурдюка с водой и провизию. В ближайшие ночные часы обещала светить луна. Токей Ито предположил, что охотники не скоро решатся совершить против него вылазку. Стрельбу они прекратили полностью. Индеец наблюдал, как они собираются в группы. Их предводители, Красный Лис и Шонка, уже погибли. Вероятно, они обсуждали, что предпринять в новых обстоятельствах.
Токей Ито особенно внимательно следил за склоном, который вел к бухте. Только с этой стороны враг мог рассчитывать на какое-то укрытие. На дне бухты скопились принесенные паводковой водой древесные стволы, а еще здесь росли ивы и другие кусты, за которыми можно было спрятаться. Обводя глазами опасный склон, Токей Ито заметил какое-то движение. Из ивовых зарослей выбрался охотник и пополз вперед по траве. Он поплатился за свою дерзость. Стрела индейца застала его врасплох, вонзившись ему в затылок. Не издав ни единого звука, он растянулся на земле.
Теперь дакота выиграл время и, насколько возможно, рационально обустроился на вершине. Он тщательно проверил добытые в бою ружья и пересчитал пули и патроны, а потом разложил все рядом, чтобы, в случае необходимости, потерять как можно меньше времени при стрельбе. Вокруг царила тишина, из бухты пока тоже никто более не решался к нему подобраться. Только из большой долины доносился равномерный шум воды.
Луна совершила часть пути по небу и теперь взирала на землю с юго-запада. Над головой воздвигся сияющий звездный купол. Веял тихий ветер, унося смрад разложения и влажные испарения, поднимавшиеся от пойменных берегов. Со своего холма Токей Ито мог заглянуть в самую глубь долины и различить блеск речной воды. На противоположном, северном берегу простиралась совершенно пустынная прерия. Индейская колонна и ушедшие вслед за ней разведчики давно исчезли вдали.
Индеец лежал во впадине, наблюдая за окрестностями. В ночной тишине из прерии донеслись индейские напевы. Токей Ито прислушался. Это была песня на языке дакота, монотонная, горделивая, бесконечная. Вождь узнал голос певицы. Мать Маттотаупы, Унчида, осталась на этом берегу реки и теперь пела для сына своего сына, выдерживающего осаду в кольце врагов. Токей Ито различил тень, отбрасываемую ее высокой фигурой. Никто из бледнолицых не мешал ей. Бледнолицые мужчины притворялись, будто уважают и высоко чтят женщин, и осуждают индейцев, обрекающих своих женщин на рабский труд. Хотя следствием кочевой охотничьей жизни действительно стал уклад, при котором мужчина странствовал в поисках добычи с луком и стрелами, а женщина выполняла домашнюю работу в вигваме, хотя женщины обязаны были сидеть в вигваме в стороне от очага и хранить молчание, дакота все же помнили, что и женщинам может быть присуща мудрость и смелость. Они всегда уважали стариков, не важно, мужчин или женщин. Токей Ито восхищался Унчидой, которая, не боясь врагов, пела песню о Токей Ито и племени дакота. Целую ночь стояла она, выпрямившись во весь рост, ничем не обнаружив усталости, и ее монотонный голос далеко разносился сквозь ночной мрак. Она вызывала невольное уважение даже у грубых пособников Красного Лиса.
Шли часы. Луна еще переместилась на небе, а звезды побледнели. Перед утренними сумерками наступил невыносимый холод. Мимо бесшумно проплыла в небе сова, неся в когтях пойманную добычу.