В октябре 2012 года в Флоренции, на Европейской конференции по компьютерному зрению, Алекс с Ильёй выступили с устным докладом. Доклад слушал, в частности, Ян ЛеКун, тогда профессор Нью-Йоркского университета, один из «канадской мафии», один из немногих в зале, кто понимал значение происходящего. Через несколько лет он скажет в одном из интервью, что это выступление было поворотным моментом всей истории компьютерного зрения. Он, ЛеКун, в тот день в зале сидел и думал, что наблюдает рождение новой эпохи. Большинство остальных слушателей восприняло доклад как любопытное, но локальное достижение. Они ошибались.
Янн ЛеКун, 2024
В декабре того же 2012 года, в курортном местечке Лейк Таху на границе Калифорнии и Невады, проходила ежегодная конференция NIPS, главное событие в мире машинного обучения. Лейк Таху — место красивое: альпийское озеро, лыжные склоны, ёлки, гостиничные комплексы в стиле ранчо. Конференция собирала несколько тысяч участников. К декабрю 2012 года вся эта профессиональная публика уже понимала, что произошло в сентябре в Торонто.
Хинтон в это время уже был немолод. Шестьдесят пять лет, проблемы со спиной, не позволявшие ему сидеть на стульях (он на конференциях обычно стоял или сидел на полу), несколько десятилетий академической работы за плечами, нобелевская премия ещё ждала впереди и не подразумевалась. Зато ему было ясно, что у него на руках три карты: он сам, Илья и Алекс. И что эти три карты в декабре 2012 года стоят больше, чем они когда-либо стоили или будут стоить снова.
За месяц до конференции Хинтон зарегистрировал в Торонто фирму с одним сотрудником и без продуктов. Фирма называлась DNNResearch Inc. Её активами были: трое сотрудников (Хинтон, Илья, Алекс), исходный код AlexNet и идея, что эти трое будут продолжать работать вместе. Накануне конференции Хинтон через знакомых дал понять нескольким крупным технологическим компаниям, что DNNResearch будет выставлена на торги.
В торгах изъявили желание участвовать четыре компании: Google, Microsoft, Baidu и DeepMind. Последняя на тот момент была маленьким лондонским стартапом, годом ранее основанным Демисом Хассабисом, в широких кругах ещё неизвестным. Первым к Хинтону подъехал Кай Ю, тогдашний глава отдела мультимедиа в Baidu, прилетевший специально из Пекина.
Демис Хассабис, 2024
Аукцион Хинтон провёл не в зале с молотком, как полагается, а из своего гостиничного номера, номер семьсот третий. Из-за больной спины он не мог сидеть в кресле и сидел на полу. По его правилам, торги шли по электронной почте: каждый час участники присылали новые ставки, шаг должен был быть не меньше миллиона долларов. Хинтон распечатывал письма на гостиничном принтере и раскладывал их на ковре.
Цена росла. Первые торги начались с нескольких миллионов. К концу первого дня поднялись до двадцати. На второй день — до сорока. После того как ставка достигла сорока четырёх миллионов, Хинтон попросил паузу. Через несколько часов он связался с участниками и сообщил, что аукцион закрыт. Победителем объявлен Google. Технически Baidu предлагала столько же, но Хинтон выбрал Google, потому что хотел работать с Джеффом Дином, главой Google Brain.
Сорок четыре миллиона долларов за компанию, существовавшую месяц и не имеющую ни одного продукта. Сорок процентов от этой суммы — около восемнадцати миллионов долларов — досталось Хинтону. Илья и Алекс разделили остальное.
После Лейк Таху мир изменился. Не сразу, в течение полутора-двух лет, но необратимо.
Видеокарты, ещё недавно бывшие нишевым товаром для геймеров, внезапно стали стратегическим ресурсом. Курс акций Nvidia за следующие два года вырос в три раза. Все крупные технологические компании запустили внутренние программы по найму специалистов в области глубокого обучения. Зарплаты выпускников, защитившихся по нейросетям, выросли с типичных академических ста тысяч долларов в год до полумиллиона, потом миллиона, потом нескольких миллионов с бонусами. На несколько лет состоялась настоящая золотая лихорадка: кто первый соберёт у себя самых сильных людей в новой области, тот выиграет рынок.
Хинтон с Ильёй и Алексом перебрались в Google. Хинтон стал делить время между Торонто и Маунтин-Вью; Илья пошёл в Google Brain, в группу к Джеффу Дину; Алекс продолжал работать с архитектурой нейронных сетей и в основном сидел тихо, как любил всегда. Параллельно DeepMind, проигравшая аукцион, в начале 2014 года была куплена тем же Google за пятьсот миллионов долларов: Хассабис в Лондоне быстро превращался в фигуру, без которой ландшафт ИИ уже невозможно было представить.